Гул снарядов гремел вдали, когда он шаркающим шагом поднимался по склону, как машина, пронзенное пулями. Кусты и камни лишь незначительно задерживали его стремительный бег, словно механический монстр, двигающийся без остановки к своей цели.
Хамзат и наказал – выстрелом в темечко, к которому приставил глушитель, и дождался, когда охранник непонимающие глаза поднимет."
"У ворот стояла каменная будка-сторожка. Там охранник спал, положив руки на стол, а на руки пристроив неумную голову. Хамзат выстрелил в эту голову прямо сквозь стекло, потому что опасаться им было уже некого. Даже если в соседних дворах, где тоже наверняка есть охрана, услышат, дураков подставлять свою голову следует еще поискать.
– Может, машину возьмем? – предложил Таймасхан.
– Пройдемся. Воздухом подышим…
Они вышли, оставив калитку распахнутой настежь. И в это время в нагрудном кармане Хамзата «виброзвонком» подала «голос» трубка.
– Слушаю, – ответил Хамзат по-русски. – Да, это я… Да я же… Понял… Так… Так… И что?… А что случилось-то? Ладно. Короче, действуй, только не спеши… Мне нужно по крайней мере минут тридцать… И никаких такси… Далеко до общежития? Понял. Нет… Там место слишком открытое. Тогда к дому иди. За сорок минут как раз доберешься… Поведешь ее в сторону троллейбусной остановки.
Он убрал трубку и посмотрел на Таймасхана.
– Что? – спросил тот.
– Водитель, кажется, тот, что ближе к креслу стоял? – Хамзат бросил взгляд в сторону окна кабинета Далгата, словно объяснял, про кого он говорит.
– Откуда я могу знать его водителя?
– Надо было сразу тебя послушать и взять машину. Вернусь, объясню… Подожди…
Хамзат побежал в дом. Там пока никакой тревоги не поднялось. И даже дети спали за толстыми стенами, не потревоженные выстрелами. Однако в кабинете жена убитого хозяина встала на четвереньки. Очевидно, удар был на слишком тяжелым. Чего доброго, и ментов вызовет, и номер машины сообщит.
