В опасной Зоне, где царят жестокие законы выживания, Снайпер близок к своей цели. Но в последний момент его путь преграждает неожиданный противник. В мире, где сильнейший диктует судьбу слабого, герою предстоит испытание, которое может стоить ему всего.
"
"Такие черепа, грубо вышитые суровыми нитками, носили охотники за головами. В основном, бандиты-мародеры, занимающиеся отловом и грабежом одиноких сталкеров. После этого с жертвой поступали по настроению. Или убивали, если неохота было возиться, или продавали. Либо на невольничьем рынке в Страхолесье, либо воякам на ближайшем блокпосту. Те и довольны. Сталкерюгу так запросто в Зоне живым не взять, а тут – нате, связанный-упакованный, готовый для передачи правоохранительным органам. А это, понятное дело, премии, благодарности, звездочки на погоны и тому подобные ништяки за отличную работу по охране Зоны от преступных элементов. То есть, от нас, сталкеров.
Вот такие три типа сейчас стояли передо мной, держа меня на мушках своих автоматов. Я же, признаться, такого поворота не ожидал, и потому мой автомат висел на плече, а «КС-23» по-прежнему был засунут в рюкзак, так, чтоб рукоять наружу торчала. Но до нее еще дотянуться надо…
Это я, конечно, лоханулся по-крупному. Они пока что стояли, разглядывая меня, и в этих взглядах я не заметил ничего хорошего.
– Сталкер, – наконец сказал один, со спутанной рыжей бородой и густыми бровями того же цвета.
– Одиночка, – уточнил второй, лысый, словно биллиардный шар, к которому кто-то шутки ради приклеил широкий нос и оттопыренные уши.
– Богатый, зараза, – произнес третий, тощий и жилистый. – Гляньте, какой у него рюкзак. Добра, небось, на десятерых хватит, и еще останется до хренища.
– Ты зачем в нас гранаты кинул, родной? – поинтересовался рыжебородый, по всем признакам, главный в банде.
Отвечать что-либо было бессмысленно. Начался типичный «развод лоха на метле», где каждое слово «лоха» тут же обыгрывается ему в минус. За пару минут профессионалы, отмотавшие не по одному сроку, запросто докажут любому не сидевшему, что он виновен во всех смертных грехах, и по жизни должен «правильным пацанам» все, что у него есть, и еще три раза по столько. Хорошо еще, что сразу не пристрелили. Хотя могли.
Возможно, где-то в уголке сознания этих отморозков теплилась информация о том, что Зона не любит тех, кто забывает о Долге Жизни. Но эта инфа меркла перед аппетитным видом моего рюкзака и оружия. Инстинкт мародера сильнее страха смерти: хватай сейчас, а дальше будь что будет.
Рыжий, видимо, что-то прочитал в моих глазах, поэтому быстро сделал еще три шага назад, увеличивая расстояние между собой и мною. Его движение тут же повторили двое остальных, при этом обходя меня по бокам. Разумно.
