В мире где никому нечего делать, нет ни друзей, ни врагов, только пустота и тишина – такова жизнь без проникающей боли и шока. Каждый день как будто бы замедленный, скучный и незначительный. Но когда ты умираешь во сне, мир меняется: страх и одиночество рушат здравые моральные нормы....
И то по мне экологичнее лопухом: со старой бумаги шрифт сползает и потом задница зудит. Помню нашел я одну книгу…
– Хорош! – рыкнул я через плечо, потроша рюкзак убитого пулеметчика. Не был бы занят, за такое мог спиру и в ухо треснуть. – Не для этого книги, заруби себе на носу!
– Ну, они тоже разными бывают, – пожал плечами Рудик. – Некоторые только на подтирку и годятся.
– Дурак, – в сердцах бросил я. – Не бывает плохих книг, понял? То, что не нравится тебе, вполне может понравиться другим. И всё, давай на этом закончим, а то выведешь и за последствия я не ручаюсь.
– Понял, понял, – пробормотал Рудик. – Съезжаю с темы.
И отправился ковыряться в другом трофейном рюкзаке.
За десять минут я изрядно пополнил боекомплект, а спир помимо пистолета обзавелся еще одним ножом, увидев который я даже слегка присвистнул от зависти.
Рудик трепетно сжимал в лапах шестидюймовый складной американский стилет. В смысле, клинок у этого ножа был длиной в пятнадцать сантиметров. Плюс рукоять восемнадцать.
И судя по тому, как трясся от восторга и облизывался Рудик, был он реально самым что ни на есть настоящим мужиком.
– И на фига тебе это складное копье? – ревниво поинтересовался я.
– Тебе не отдам, и не мечтай! – окрысился спир, почуяв, что я готов покуситься на его трофей. – У тебя вон «Бритва» есть.
– Не путай боевой нож с EDC.
– С чем???
– От английского «every day carry», нож для повседневного ношения. Боевой нож – это узкоспециализированное оружие, а твое пырялово как раз…
– Ты мне зубы не заговаривай, – оборвал меня спир, после общения с Коляном и Шерстяным ставший заметно наглее.
– Ладно, не надо ничего, – вздохнул я. – Твои трофеи, ты и владей на здоровье.
– Это точно, – расплылся в улыбке спир, и даже от избытка чувств лизнул клинок «шестерки». На полированной стали расплылось пятно желтоватой слюны.
– Ядом своим нож решил смазать? – усмехнулся я.
– Откуда про яд знаешь? – насторожился Рудик.
– Да так, прикололся просто.
