Автор
Осенью перед важным экзаменом студентка Аня погружается в свои сны. Вдруг она осознает странную связь между ними и реальностью: каждый сон оказывается предвестником, а некоторые даже повлияют на ее жизнь. Этот роман — шатенкин сюжет о том, как мышление и мечты могут стать средствами взаимодействия с внешним миром....
Но за каким-то чертом вновь посмотрела на него, и буквально оцепенела.
Что нашло на нее в следующий миг, сложно сказать. Кровь тотчас же ударила в голову, затуманивая разум. Во рту стало сухо до противной горечи. И что творит, Белова соображала уже с большим трудом. Ведь даже от самой себя подобного поступка девушка, ну никак, не ожидала. Тем не менее, поддавшись какому-то сумасшедшему порыву, она громко взвизгнула, решительно разжала пальцы и кинулась прямо в объятия Виктора Эдуардовича.
Глава 14
В непревзойденной реакции их преподавателя Белова не сомневалась ни капли.
Конечно, он ее поймал, хоть и был весьма обескуражен подобной выходкой.
При этом судорожно выдохнул в момент соприкосновения их тел, и невольно стиснул руками талию, фиксируя на месте и удерживая Лену от падения. А также, ощутимо вздрогнул, точно ошпарившись, когда она случайно ткнулась носом в оголенный участок его шеи. Тогда-то хватка Макарова усилилась до такой степени, что ее косточки жалобно затрещали. Беззвучно зашипев от боли, она жадно втянула кислород полной грудью.
– Это что за… Что за выкрутасы, Белова? – учитель резко убрал руки, и попытался отстраниться. Одного не учел: она все еще рефлекторно удерживала его за плечи.
– Я решила, что так спущусь… быстрее!
«Господи, что же я наделала? Дура! Какая же я дура!»
– Сама стоять можешь?
– Да, – нервно сглотнула, пытаясь хоть чуточку расслабиться.
– Тогда чего вцепилась в меня, как в родную матушку? – прогромыхал он, раздраженно скидывая с себя ее ладони, и отступая на шаг. Увеличивая дистанцию между ними.
– Извините! Я не знаю. Я просто…
Голос предательски дрогнул, и она умолкла, будучи смущена до крайности.
Но что-то в ее интонации серьезно насторожило их преподавателя.
Чуть склонив голову на бок, Виктор Эдуардович уставился на нее ошарашенным взглядом. При этом так пристально рассматривал, точно рентгеном насквозь просвечивал. А затем, нахмурившись, изумленно выпалил:
– Твою же ж… мать!
– В каком…
Ответом он ее не удостоил. Впрочем, и начатый вопрос завершить не дал.
Просто становил ее взмахом руки и заговорил сам. Но не с ней. С классом.
– Я отлучусь ненадолго – нужно сделать важный звонок! – сухо проинструктировал учеников.
