Кровожащиеся чудовища с клыками-стеклянными осколками летели прямо на него, и Силлов чувствовал страх — не только от пугающей обстановки, но и от собственной непредсказуемости. Каждый шаг в темном лесу казался опаснее предыдущего, каждый шорох мог быть сигналом беды. Но он оставался на своем, решившись на риск, чтобы выжить и продолжить сюжет, задуманный Северо-Западом....
Вы привыкли судить о вещах по их внешнему облику, не догадываясь об их внутренней сущности…
Внезапно я осознал, что голос звучит у меня в голове, а не доносится извне. Осм держал меня за руки и напрямую вкачивал мне в мозги информацию о своем народе…
– «Осм» – это не сокращение от слова «осьминог». Эта аббревиатура изначально означала название программы «Оборонные специализированные мутации». В рамках этой программы создавалось множество организмов, наиболее приспособленные из которых дожили до наших дней.
– Чего тебе надо? – прервал я поток чужих мыслей, от которых у меня начала ощутимо болеть голова.
– Я вижу твой план, хомо, – прошелестел осм. – И хотел бы внести в него кое-какие изменения.
– Зачем тебе это надо? – поинтересовался я.
– Мой народ уже два века ждет своего шанса. Мы не можем бездумно рисковать членами своего клана, у нас большие проблемы с репродукцией. Но сейчас мне кажется, что у нас появился такой шанс.
– Валяй, рассказывай, – поморщился я. – Только побыстрее, пока у меня мозги не лопнули от концентрированной мудрости твоего народа.
Я почувствовал волну неудовольствия, исходящую от осма. Но мутант стерпел мой непочтительный тон и продолжил:
– Шамы умеют подавлять волю своих врагов и убивать их на расстоянии. Мы же умеем управлять врагами. Но только теми, кто уже стал нашей пищей.
– Не понял…
– У моего народа внешнее пищеварение, – пояснил осм. – Вначале мы впрыскиваем свою слюну в огрызок, найденный на помойке.
Я невесело хмыкнул. Действительно удобно.
