— А и верно! Кто ж в тайге будет? — полюбопытствовал Тимофей.
— Да ты что, не врубился? Фартовые так и останутся в тайге. А нас, честных воров, вышибают. Кто не пахал! Усек?
— Так и шлепай на деляны…"
"— Малахольный! Поздно уже! Мусора засекли. Не сговоришься. А дед за нас попросить может. Его послушают. Свои фартовые тоже пытались. Им пригрозили, что вместе с нами в Вахрушев заметут. Вот и захлопнулись. Бесполезняк им нас удержать.
— А и я ничего не сумею, — развел руками Тимка.
— Мы тебя от пера сберегли. Бугор рыпался. А ты…
— То-то берегли, что ожмурить хотели в параше, — напомнил Тимоха.
— Ты тоже не гомонись. На всех без разбору наезжал. Ну да не о том трехаем. С дедом поговоришь?
— Как? Ты что, зенки в сраке держишь?
Фартовый не обиделся. И, прильнув к Тимкиному уху, пообещал:
— Тебе к нему хилять не надо. Кайфуй здесь. Но мы его к тебе вытащим. Вякнем, что ты его зовешь. Дело, мол, имеется к нему.
— Не придет…
— Пришкандыбает, старый пень. Твое дело обработать, уговорить его.
— Не поверит он мне, — не соглашался Тимофей.
— Прикинься, кент. Мокроты поддай. У деда душонка старая, на слезу клевая. Мол, пригрей мужиков — внакладе не останешься. Мы, чтоб в Вахрушев не загреметь, к черту на рога согласны.
— Не возьмет, — подумав, ответил Тимоха.
— Тебя взял. А мы, что, падлы? — начал злиться фартовый. И добавил: — Уломаешь хрыча, навар будет.
— Какой? — оживился Тимка.
— Стольник…
— Иди ты с таким наваром, — отвернулся мужик,
— Лады, полкуска.
— Мало, — бросил Тимка.
— Кусок…
— Два куска, — потребовал твердо.
— Загнул, кент!
— Тогда отваливай! Сам уламывай деда. Иль слабо?
Фартовый задумался на минуту: «Что делать? Хотели фартовые обратиться к деду без Тимки. Но наслышаны были о крутом нраве старика. Может прогнать. Не станет слушать. И тогда…» — и сказал:
— Твоя взяла. Но больше нет. Не уломаешь, дрыгнуться не успеешь…
— Э-э-э, нет! Так не хочу. Я за свое беру. А как получится — не знаю. Кенты гарантий не дают. Отваливай…
Фартовый глянул на Тимку зло.
— Навар получишь, когда уломаешь.
— Не-е-ет. Выкладывай наличность теперь. А нет — и пасть не раскрою, — пользовался случаем Тимоха.
Получив деньги, спрятал под одеяло. Фартовый ушел. Тимка теперь задумался, как, с чего начнет он разговор с Щштыки- ным, если фартовым повезет уговорить, вытащить старика в Трудовое, в больницу.
«А и не придет, башли не верну. Мой общак зажилили? Зачем они просрали общак? Не отдам! Мое! — спрятал мужик деньги в наволочку. И улыбался довольный: — Что ни говори, в кармане потеплело. Четыре куска — не два. На них первое время дышать можно. А там что-то засветит», — подумал мужик, представив себе, как фартовые станут уговаривать, уламывать деда навестить своего напарника.
Старик, конечно, упрется. Может, и наотрез откажется.