Дашка с глубоким вздохом переваливается через сугроб, окутанный морозным туманом. Белесый полумрак пурги лишь немного освещает ее подошвы в валенках — она ищет свой дом в этом бездонном белым хаосе, но чуйка не справляется со сложившейся ситуацией. Ветер гонит Дашку как по тюленьому бочковатому льду, и каждый шаг становится опаснее предыдущего....
Уж тогда пристопорил бы за все враз, за всякое слово. Выместил бы каждую обиду. Теперь это совсем некстати. Неужели не сдержался? И злоба разум помутила…
— Но ведь не впервой фартовым получать трамбовки у му- соров, грызться с ними по любому поводу. Тем более бугру. Нет, за такое не рискуют волей. Да еще за старшего охраны, а это известно даже сявкам — вышку можно схлопотать, — говорил Рябой тихо.
— Быковал он, когда я ему про трамбовку в Трудовом тре- хал. Кипел. Меня предупредил, что могу загреметь в зону.
— Сам накрылся, значит, увидят. Мусора нынче не без зенок. Не разгонятся гоношиться. Вишь, что наверху творится? Метут прежних! И до легавых доберутся. Иначе не стали б с виновниками пожара нянькаться, вредительство им пришили бы, ан нет! Ссут для завтрашнего! Чтоб свои калганы сберечь.
— Они фраера, политические! А мы — фартовые! Нынче — западло! Могут замести в зону. За нас с них спросу не будет! — перебил лысого законника Рябой.
— Хрен в зубы! Теперь за всякую душу спросят! А мы? В чьих лапах зоны от Мурмана до Магадана? В наших! Мы в них дышали и держали всех! Что может поменяться теперь? Иль зон не будет, ходки отменят? Мы нужны всегда! Нас повсюду знают!
— О чем балаган? Чего базарите? — подошел охранник и велел разойтись по палаткам.
Снаружи остались только Митрич и бульдозерист. Они готовили обед.
Тихо было в палатке Трофимыча. Сучьи дети, не знавшие беды от Лаврова, помнили, как наказал он за них фартовых, искренне жалели старшего охраны.
— Злопамятные они. Копили все. Не представлялось случая. А чуть подвернулся, они и ухлопали человека, — предположил Костя. Но охранники не поверили.
— Да брось ты дурака валять! Уж если бы они его убили, так хотя бы спрятали. Сунули бы под корягу иль в реку.
— Ну да, сбежать! Чтобы прямо на себя пальцем показать! Куда сбегут? Ведь Лаврова все равно хватились бы и нашли! Хоть в воде, хоть в земле! И тогда слинявшим сразу конец. Следствие долго не искало бы! С собаками, с автоматчиками поймали бы, — вмешался Трофимыч.
— Но ведь Шмель, если бы убил, неужели мог спокойно уснуть? — не верилось Харитону.
