Снайпер оказывается втянутым в конфликт с армией, вторгшейся в Чернобыльскую Зону. Друзья готовы пожертвовать собой ради спасения, но реальность таит новые угрозы. Начинается борьба за выживание среди радиационной опасности и враждебных сил.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Закон Выброса»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Снайпер оказывается втянутым в конфликт с армией, вторгшейся в Чернобыльскую Зону. Друзья готовы пожертвовать собой ради спасения, но реальность таит новые угрозы. Начинается борьба за выживание среди радиационной опасности и враждебных сил.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
читать текст Дмитрий Олегович Силлов Легкое чтение Фантастика Боевая фантастика подборки серии
Снайпер оказывается втянутым в конфликт с армией, вторгшейся в Чернобыльскую Зону. Друзья готовы пожертвовать собой ради спасения, но реальность таит новые угрозы. Начинается борьба за выживание среди радиационной опасности и враждебных сил.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Легко рвется «со слабым таким сухим треском, словно обыкновенная паутина лопается, но, конечно, погромче».
В романе братьев Стругацких «Пикник на обочине» описана отсроченная смерть доктора Кирилла Панова от разрыва сердца после соприкосновения с данным артефактом.
В романе «Закон Шухарта» Дмитрия Силлова «серебристая паутина», весьма ценимая профессиональными убийцами на Большой земле, описана подробно:
«В отличие от других смертельно опасных сюрпризов Зоны „серебристая паутина“, можно сказать, весьма гуманна. Тихо-мирно сидел себе человек, выпивал, скажем, в баре после удачного похода, и вдруг – раз, и упал со счастливой улыбкой на лице. И никаких на нем видимых следов, только где-нибудь на сапоге клочок „серебристой паутины“ прилепился.
Если тот клочок заметят, то труп просто вытащат баграми на свежий воздух, обольют бензином и сожгут от греха подальше. Если не заметят, могут свезти в морг, где патологоанатом вскроет труп и констатирует атипичный разрыв абсолютно здорового сердца. Причем не банальное нарушение целостности его стенок, а реальное превращение в лохмотья жизненно важного органа, обеспечивающего ток крови по сосудам.
Счастливчики-очевидцы рассказывали, мол, такое впечатление, будто внутри него взрывпакет бабахнул. Кстати, счастливчики они потому, что не многие выживали после того, как потрогали труп погибшего от „серебристой паутины“. Правда, там эффект всегда отсроченный был, наверно, вдали от места своего обитания дьявольские серебристые нити частично теряли силу. Чаще дня через два-три погибали те, кто мертвеца трогал. У кого-то печень взрывалась, у других почки или легкие. Реже инсульты обширные были, да такие, что у людей кровь из глаз на полметра брызгала. Так что в Зоне очень внимательно относились к пьяницам, имевшим привычку нажираться до положения риз. Обычно таких оставляли на полу в луже собственной блевотины до тех пор, пока алкаш не начинал подавать признаки жизни. Тогда и огребал он по полной, на пинках из бара выкатывался, чтоб впредь неповадно было народ пугать. Потому-то в Зоне запойный народ редко встречается, бережет почки, которые за немереное пьянство и без „серебристой паутины“ берцами да сапогами порвать могут».
В романе братьев Стругацких «Пикник на обочине» об этой аномалии рассказывается следующее:
«А вот в тех трех кварталах люди слепли… Между прочим, рассказывают, что ослепли они будто бы не от вспышки какой-нибудь там, хотя вспышки, говорят, тоже были, а ослепли они от сильного грохота. Загремело, говорят, с такой силой, что сразу ослепли. Доктора им: да не может этого быть, вспомните хорошенько! Нет, стоят на своем: сильнейший гром, от которого и ослепли.
