Юрик, захваченный зрелищем на экране, не отрываясь смотрит. Ярослав толкает его локтем: "Сейчас! Смотри!" Он ныряет в озеро с красивой индианкой, обнаженной и прекрасной как богиня. Классное действие, дышать становится трудно от возбуждения.
– Да-да, громоотвод, – согласилась она с этим сравнением. – Ты всегда отводишь от меня беду... А я всегда держу тебя на коротком поводке... Ты не поверишь, но сейчас мне хочется выпить...
– Ты не поверишь, но мне хочется того же... Надо немного расслабиться...
В баре обнаружилась бутылка «Метаксы». Не самый лучший коньяк, но успокаивает хорошо. И в голову бьет крепко. Ксения окосела уже после второй рюмки. Третью отставила в сторону...
– Думаю, хватит...
– Тогда и я не буду...
Музыкальный центр наигрывал медленную мелодию.
"Он еще в танце нащупал ее губы... Она не отвечала на его жаркий поцелуй, но не протестовала. Ее тело напряглось, когда он расстегнул «молнию» на ее платье, но тут же расслабилось.
Ксения не управляла собой и хотела, чтобы он управлял ею. Она готова была плыть с ним на волнах страсти. И они плыли... И заплыли очень далеко. В себя Ксения пришла уже в его постели, когда вместе с ним с безумной высоты плавно опустилась на бренную землю. Он ласкал ее обнаженное тело, а она лежала как бревно и тупо смотрела в потолок. Наконец спросила:
– И как это называется?
– Это называется – жизнь!.
Юрий купался в океане счастья. Наконец-то он познал близость с запретной для него и до безумия желанной женщиной.
– А Ярослав? Разве мы перед ним не виноваты? – спросила она.
Она все так же неподвижно смотрела в потолок, как будто видела Ярослава.
– Нет... Он знал, что я тебя люблю. Он должен был бороться за тебя, за свою любовь. А он не боролся... Он предал тебя, он предал меня.
– Что я скажу ему, когда он вернется?
– Тебе не надо оправдываться перед ним. Пусть он перед тобой оправдывается...
– И все равно, мы не должны были так поступать.
– Но мы же так поступили...
– Это первый и последний раз...
– Может быть... Но учти, я буду за тебя бороться. Буду бороться за свою любовь... У меня нет другой женщины, кроме тебя... И никогда не будет...
– Я знаю... – кивнула она. – Но это нас не оправдывает...
– Не знаю...
