Тебе нужна семья, Егор — так прозвучал голос Толи. Поправил галстук и выразительно глянул на друга. Внезапно стало ясно: время пришло создать законную семью для своего нового статуса главного прокурора столицы. Атмосфера напряжена, но надежда — что новый шаг в карьере принесет не только власть и влияние, но и заботу о близких....
– Мы тебе тут не в Европе, пигалица, чтобы эпатировать на этих коврах, мы в матушке России живем, так что прекрати забивать подобными глупостями себе голову. Еще не хватало второй актрисульки мне на голову, – пренебрежительно отозвался обо мне Егор, а вот у меня от этой грубости аж дыхание сперло.
– Да вы, да вы, – сверкнула глазами, но всё еще помнила про Катю, которая вдруг перестала играться с куклами в углу. – Катюш, мороженое будешь?
Ребенок радостно кивнул и вскочил с места, подбегая ко мне. При упоминании желанного лакомства ее глаза радостно засверкали, и всю настороженность из-за царящей атмосферы в гостиной как волной смело.
– Оно на столе на кухне. Я его полчаса назад достала, так что должно было оттаять, но ты смотри, не кусай его, лижи, чтобы во рту таяло, а то заболеешь, как в прошлый раз.
Она бездумно кивнула на мои слова, и я прищурилась, наклоняясь к ее милой мордашке.
– Ты же не хочешь болеть?
Она отрицательно качнула головой, и я со скепсисом отпустила ее, наказав кушать только за столом на кухне и сразу же после помыть ручки.
– Из тебя выйдет прекрасная мама, – вдруг прохрипел с дивана Драконов, а я вздрогнула, как-то позабыв о его присутствии.
– Из меня вышла, – сделала акцент на последнем слове, – прекрасная мама.
– Да, прости, оговорился, – кашлянул в кулак и отвел взгляд, словно что-то хотел скрыть от меня, но мне было не до него.
Я подошла к зеркалу и осмотрела себя в отражении. Да, платье определенно мало мне и подчеркивает все несовершенства фигуры.
– Вы правы, Егор Романович, это платье никуда не годится.
Голос у меня был разочарованный, а сама я зла. Не любила, когда шло всё не по плану. И как я могла так опростоволоситься и не угадать с размером? У меня ведь глаз-алмаз.
– Меряй другое, – кивнул мужчина на остальную кучу покупок, и я уже без энтузиазма принялась за примерку.
Настроение было окончательно испорчено, так что былого подъема эйфории как не бывало. Но чем больше я мерила, тем сильнее печалилась и ярилась.
– Так что ты там говорила? У тебя идеальный вкус? – ехидно хмыкнул сзади Егор, а я сцепила зубы и вдруг вспомнила, почему отправила Катюшку кушать мороженое.
– Так что там вы ляпнули про актрисульку, м? – оглянулась на него с интересом.
