Без любви супружеское ложе всего лишь холодная пустыня, не стоит ожидать, что в ней может быть тепло и уютно».
Я перевернулась на спину и покосилась на Кейна. Спит. Ему абсолютно безразлично, что происходит рядом. Что ж, и отлично. Возможно, равнодушие – самое лучшее, что может быть в таком браке, как наш. Хуже было бы, если бы я влюбилась в собственного мужа, а потом страдала, мучаясь от ревности и тоски. А так, пусть хоть со всеми уэстенскими шлюхами переспит, мне это совершенно безразлично.
***"
"Поцелуи… Долгие, упоительно горячие, чувственные. О, этот мужчина знает в них толк! Его губы, его язык – они умеют дарить наслаждение одним прикосновением, и я отвечаю им с такой страстью, какой сама от себя не ожидала. Сладко… Как сладко он меня целует… Кто – он? Мужчина. Неизвестный. Мой ночной любовник. Тот, кого я могу узнать по одному только касанию, по дыханию, по биению сердца. Оно бьется под ладонью все быстрее и громче, и мое стучит с ним в унисон, а тело плавится в умелых руках, отзываясь на чересчур откровенные ласки. Но разве с ним может быть чересчур? Нет. Я готова на любые безумства, которые он способен мне предложить. Мне всегда будет мало. Так может быть только с ним. И он, почувствовав, ощутив, осознав свою победу, одним движением оказывается внутри, заставляя меня кричать от страсти и срываться вместе с ним в глубокую пропасть.
Дыхание частит. По груди стекают капельки пота. Мускулы под моими руками двигаются размеренно и сильно. А падение, от которого захватывает дух, все продолжается, и мужчина, что держит меня так крепко, не позволяя сорваться, с каждой секундой становится все роднее и ближе, я знаю его, я готова вспомнить его имя… Еще немного, и я его вспомню, оно уже почти у меня на языке… Джеймс… Его зовут Джеймс…
Но губы произносят совсем другое:
– Роберт!
И тут мы все-таки падаем на дно, и я остаюсь одна. И от этого становится так больно, так невыносимо одиноко и страшно…
***Проснулась я в одиночестве, в остывшей за ночь постели. Посмотрела на вмятину, оставшуюся от ночевавшего рядом Кейна, и задумалась. Откуда берутся мои видения? Их даже снами назвать невозможно, настолько они реальные. И почему во сне я уверена, что знаю, кто мой таинственный любовник, а стоит мне проснуться, как я тут же забываю его имя и даже подробностей минувшего не помню? Очень странно.
Тихий звук открывающейся двери заставил меня отвлечься от невеселых мыслей. В комнату неслышно проскользнула горничная – миниатюрная темноволосая девушка в ладной синей форме и белой наколке. Служанка, не глядя на меня, прошла к окну и раздвинула шторы, а потом достала из комода тонкий шелковый пеньюар и направилась к кровати.
– Принеси мне чай, два тоста с джемом и утренние газеты, – подтянув край одеяла повыше, окликнула я горничную.