Вдова без средств вынуждена искать богатого мужа, чтобы расплатиться с долгами и спасти себя от нищеты. Однако план оказывается куда сложнее, чем казалось. Любовь, честь и долг вступают в неожиданный конфликт, когда на пути героини появляется неподходящий человек, способный перевернуть её...
Раздел Chitat.online для книги «Законный брак» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Вдова без средств вынуждена искать богатого мужа, чтобы расплатиться с долгами и спасти себя от нищеты. Однако план оказывается куда сложнее, чем казалось. Любовь, честь и долг вступают в неожиданный конфликт, когда на пути героини появляется неподходящий человек, способный перевернуть её...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Вдова без средств вынуждена искать богатого мужа, чтобы расплатиться с долгами и спасти себя от нищеты. Однако план оказывается куда сложнее, чем казалось. Любовь, честь и долг вступают в неожиданный конфликт, когда на пути героини появляется неподходящий человек, способный перевернуть её...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Похоже, «Законный брак» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И из этих разговоров рождалось удивительное чувство единства и причастности семье. То, на чем стояла вся жизнь алайетов.
Их жизнь вообще была устроена просто. Несмотря на все особенности магии и технологии, которых не знали в Эшере – да, многое из того, что мы видели, было совсем не магией, – алайеты не любили лишних сложностей. В обществе существовали три касты: Избранные – женщины, прошедшие искус и полностью овладевшие магией, Хранители – их отцы, мужья и братья, и корди – те, кто, как и Амонерис, не смогли пройти испытание Великой. Они владели небольшим даром и вели обычную, очень похожую на жизнь моих современников жизнь. К слову сказать, их было большинство.
Сейчас я уже знала, что дядюшка Ирвин должен был стать моим Хранителем, но мама, запечатав мой дар, разорвала связь между нами, и дядя утерял необходимые знания. А вместе с ними он начал медленно терять и обычную память, правда, про Библию все-таки вспомнил. И за это я была ему очень благодарна.
Но вернемся к алайетам.
Официально главой всех жителей Алайи считалась Старейшая – воплощение Великой матери и Верховная правительница. Правда, она никогда не появлялась на людях и вмешивалась в их жизнь только в самых ответственных случаях. Фактически же главой народа была Сафита. Она управляла Советом и Избранными, ей подчинялись Хранители, она решала все бытовые вопросы.
За минувший месяц Сафита многому меня научила. И оказалась вовсе не такой холодной и строгой, какой была на последнем Совете. Пожалуй, только с Артенис – несостоявшейся свекровью Амонерис, мне не удалось подружиться. Но тут уж не моя вина. Я сделала все, чтобы подруга Сафиты забыла старую вражду, но та не пожелала протянуть мне руку дружбы. Что ж, каждый должен сам преодолевать собственные слабости.
Я бросила взгляд на окно и прислушалась к раздающимся за дверью шагам. Сердце радостно встрепенулось. Джеймс. Вернулся. Похоже, ночью мне снова будет не до сна.
– Кэри, ты еще не спишь?
Ну вот, я была права. Муж подошел к постели, на ходу снимая тунику, его теплые губы коснулись щеки, скользнули ниже, одарив горячими поцелуями рот, грудь, живот. Скользнули еще ниже, и заставили выгнуться и застонать от предвкушения горячей и бесстыдной ласки.
– Джеймс…"
"Мои руки зарылись в жесткие густые волосы, и свет в комнате сам собой погас, оставляя нас наедине со сладкой и многообещающей темнотой.
***День отъезда подкрался незаметно.
Алайеты из всех измерений собрались в Аш-таване – мире, соответствующем тысяча шестьсот пятидесятому году, и в древнем городе стало непривычно многолюдно и шумно. Меня до сих пор удивляло это умение соплеменников расширять пространство. Алайю не зря называли Большой.
