В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
А вы, тинка Олла…
-- Да какая я вам тинка! – Олла отмахнулась от барона и всхлипнула.
-- Ваш сын – баронет! А вы – тинка! И никак иначе! Только мальчик уже вырос, почтенная, – голос барона стал чуть мягче. – Нельзя держать этакого молодца под крылом, как курица цыпленка.
Возникла пауза, и я решила чуть помочь барону.
-- Матушка, а ведь господин барон прав. Да и сами подумайте: сейчас у него хоть ночных рейдов нет. Неужели там спокойнее было? А здесь Оскар наладит торговлю и домой вернется. Конечно, все не слишком просто, с мэром проблемы и еще всякое разное… Только ведь это всяко безопаснее, чем ночные рейды?
Олла смотрела на меня красными, как у кролика, глазами и шевелила губами, но возразить ей было нечего.
-- Мама, сделайте чайку, пожалуйста. А я сейчас принесу кое-что…
К моему возвращению Олла уже хлопотала, разливая травяной отвар по массивным глиняным кружкам.
-- Вот… -- я выложила на стол горсть мармелада. – Попробуйте.
Пробовали с интересом и со вкусом, барон даже чуть прижмурился от удовольствия.
-- Это что же такое? – он смотрел с любопытством, а я спокойно начала объяснять.
– Это лакомство, которое Оскар повез на продажу. Вы оба знаете, что у нас нет денег, чтобы наладить производство. Да и мэр может украсть рецепт или как-то напакостить. Поэтому мой муж и решил, что продавать это здесь невыгодно. Он будет искать человека, кто захочет вложиться деньгами.
-- А мэр…? – Олла смотрела с тревогой.
-- А что мэр? На вырученные деньги Оскар наймет охрану, никакой мэр и пикнуть не посмеет!
-- Мари, побожись именем милосердной Маас, что он не…
Тут до меня дошло, чем вызван слёзоразлив Оллы.
-- Матушка, вы что, серьезно думаете, что Оскар отправился убивать мэра?! Ага… Еще и святого брата взял с собой в помощь! Его тоже подозреваете?!
Черт, я же говорила Оскару, что нужно хоть какое-то разумное объяснение! Сам свалил, обормот, а мне тут психотерапией заниматься! Впрочем, Олле, кажется, полегчало.
-- Милосердная Маас, прости мою глупость! Как же я про брата Селона-то не подумала! – она сотворила решетку молчания, и на глаза снова налились слезы.
Впрочем, в этот раз она резко стерла их и теперь, кажется, начала приходить в себя.
А меня беспокоили пока только мысли о том, чем мы станем заниматься все время заточения. И была еще одна затея.
