В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
Они как-то странно переглянулись и Сайм с непонятной мне подковыркой спросил:
-- Ты что, даже в «Семилапа» сегодня не пойдешь? Маха еще вчера говорил всем, что сегодня снова девки из «Кровавой розы» у него будут.
Черт знает, правильно ли я его понял, но решил, что «Семилап» -- местный бар или трактир, Маха – его владелец, ну а «девки из «Кровавой розы»» -- шалавы.
-- Говорю же, ребро сломано. Я и так еле двигаюсь, не до девок мне.
Они еще с полминуты попереминались и попереглядывались, но поскольку я молча стоял, загораживая им проход, Гайн как-то демонстративно сплюнул в сторону, шлепнул по плечу Сайма и скомандовал:
-- Пошли отсюда!
После их ухода я рассмотрел монеты из мешочка.
Олла вернулась ближе к вечеру и так нахваливала меня за ремонт, с такой нежностью и благодарностью поглаживала по плечу, что ничего кроме неловкости я не испытывал.
Хоть умом я и понимал, что сын Оллы был изрядным говнюком, но меня все же сильно смущала ее реакция на эти, в общем-то самые простые действия. За каждую мелочь она хвалила меня так, как будто я совершил подвиг. И хотя сама с утра до вечера была занята какой-то работой, но чуть ли не гордилась моими «достижениями».
Видно было, что Оскара своего она нежно любила и с легким сердцем, простив все прежние обиды, улыбалась мне, как совершенно счастливый человек.
Для меня это был довольно неуютный момент. Умом я прекрасно понимал, что на мне нет вины за прежнее поведение сына Оллы. Я даже не виноват в том, что он ухайдакал себя до смерти, но каждый раз, когда она меня хвалила, я остро ощущал неловкость.
Кроме того, я прекрасно знал, что в данный момент сижу у нее на шее. Я не приносил в дом денег, зато с аппетитом выздоравливающего поглощал все, что она ставила на стол.
Сама она, как я понял, зарабатывала деньги очень разными способами. Во-первых, в городе была какая-то обедневшая семья, которая не могла себе позволить служанку с проживанием, так что два раза в седмицу Олла уходила из дома на заре и возвращалась совсем поздно вечером. Кроме того, у нее были какие-то особо породистые куры, и большую часть яиц она продавала где-то на местном рынке.
