В городе забыли Андрея... Его жена и друзья исчезли вместе с ним. Теперь он едет домой в Березовку, где пытается восстановить свою жизнь после потери всего, что был ему близко. Но когда он выходит на улицу, все кажется будничным и холодным, как будто мир оставляет его один наедине с собственными мыслями и слезами....
Она перевела удивленный взгляд с сына на меня, а потом снова на него, и спросила:
-- Ты собираешься взять ее в море?
-- Да, вдвоем сподручнее, – спокойно пояснил Оскар.
Олла недовольно покачала головой и несколько робко возразила:
-- Сынок, не женское это дело – в море ходить. Опять же – что в стае твоей скажут?
-- А какая им разница? – Оскар чуть насторожился.
-- Оно, конечно, с помощником-то легче, отец твой тоже первое время брал меня с собой. Только ведь насмехаться начали над ним…
-- Да и пусть насмехаются, я все равно буду делать, как мне нужно.
Я видела, что эта новость Оллу огорчила, но не слишком поняла причину. Переживала ли она за сына, за его репутацию или за возможные конфликты?
Когда мы укладывались спать, я попыталась уточнить, и ответ мне не понравился.
-- Так ведь, деточка, кто может помощников-то с собой берут. Кто брата младшего, а кто и сына подросшего. Оно, понятно дело, вдвоем-то сподручнее, а только вот женщин брать не принято. Начнут насмехаться, слово за слово, дело-то молодое…
-- Вы боитесь, что Оскар подерется? – чем-то мой вопрос, похоже, смутил Оллу.
-- Кто его знает, как оно там будет, а только лучше бы не рисковать. Давай-ка спать – устала я сегодня.
Больше я к ней с разговорами не лезла – явно, были какие-то детали, о которых она просто не хотела говорить.
Утром, после спешного завтрака, мы с Оскаром двинулись по узким кривоватым улочкам вниз, к морю.
-- Слушай, а чего Олла за тебя так переживает? Ты… Ну, пусть не ты, но раньше этот Оскар что, драться любил?
-- Он, похоже, не только драться любил – усмехнулся Андрей. – Он и бухнуть не дурак был, и на девок зарплату тратил, и мать бил. Думаю, там много чего происходило.
-- Ужас! То-то она теперь с тобой носится, как с писаным яйцом.
-- Его, похоже, и прибили в кабацкой драке. Ну, хорошо или плохо это, только теперь это – мое тело и моя мать.
-- Ты с ума сошел?! У меня и мысли такой не было! Они же не виноваты, что так случилось… Ну, ни Олла, ни Нерга…"
"-- Да, так что нужно в наших планах и ее учитывать – Андрей чуть хмурился – ему явно было не слишком приятно говорить все это.
Дальше шли молча. В какой-то момент, остановившись в проплешине между домами, он сказал мне:
-- Смотри! – я подняла голову и обомлела – настолько фантастически-прекрасное зрелище мне открылось.
