Автор
Анна Ратнер не могла поверить своим ушам. Лорд Рэйт собирался передать дочь колдуну? Гордианский род и семья варваров-горцев – единственные, кто так поступает, считала Анна. Теперь она понимала, какую серьезную задачу это создает для нее - сохранить свою дочь от опасной связи с верой....
– Как мне благодарить вас? – спросила она графа. – Как подумаю, что расстраивалась, когда вы согласились жениться на Анабелле! Меня пугала репутация вашей семьи. Все Фергюссоны считались колдунами. И все же муж заверил меня, что вы всего лишь человек, любящий уединение. Я немного успокоилась. А потом встретила вас и увидела вашу глубокую, беззаветную любовь к моему ребенку. Все, что я слышала о вас, оказалось полным вздором. Вы человек чести и высоких принципов. Теперь же, видя вашу доброту и снисходительность к Агнес, думаю, что вы не колдун, но ангел, спустившийся на землю.
Граф Дун взял руки леди Энн в свои и заглянул в голубые глаза.
– Позвольте заверить, мадам, что хотя я не колдун, но и не ангел. – Он тепло улыбнулся. – Я сделал не много, но хотя вы опасались отдать мне Анабеллу, лучшую из всех женщин, только ради нее сделаю для вас все на свете.
Он поцеловал ее руки, прежде чем выпустить.
– Ты сделал ма такой счастливой, дорогой, – сказала Анабелла после ее ухода. – Спасибо за то, что ободрил ее.
Неделю спустя Агнес усадили в удобную тележку, и Фергюссоны из Дуна начали путешествие на юго-запад. Поскольку погода стояла хорошая, они довольно быстро добрались до места, несмотря на то что с ними были еще груженные багажом телеги. Агнес решила жить в своем доме, а до тех пор, пока его откроют и вернутся слуги, осталась в замке."
"В первую ночь дома, после того как она обошла замок, проверяя, погашены ли свечи и огонь в очагах и заперты ли двери, Анабелла поднялась к себе.
– Ты счастлива оказаться дома, – шепнул он.
– Да… и больше не хочу никуда уезжать, милорд. Дун прекрасно мне подходит! Осень наступает, за ней придет зима, и к середине лета у нас родится ребенок, поскольку я уверена, что понесла. Если это мальчик, назовем его Патриком, или Йеном, или Чарлзом, или Дэвидом.
– А если девочка? – поддразнил он, стягивая с нее платье вместе с сорочкой и сжимая восхитительные округлые упругие груди.
– Не знаю, как назову девочку, – ответила она, – но знаю, какое имя ни за что ей не дам.
– Какое именно? – хмыкнул он.
– Мэри, – твердо ответила Анабелла. – Я ни за что не назову ее Мэри.
Граф Дун, смеясь, повернул жену лицом к себе.
– Мадам, совершенно с вами согласен. Мы никогда не назовем дочь Мэри.
