Автор
Анна Ратнер не могла поверить своим ушам. Лорд Рэйт собирался передать дочь колдуну? Гордианский род и семья варваров-горцев – единственные, кто так поступает, считала Анна. Теперь она понимала, какую серьезную задачу это создает для нее - сохранить свою дочь от опасной связи с верой....
Судя по яркому солнцу, уже давно рассвело. Оказалось, что между бедрами немного саднит, а ноги болят.
Краснея, она припомнила свое смелое обращение с мужем, однако он не рассердился на ее поведение. Но позволено ли жене быть столь дерзкой с мужем?
После первоначального потрясения Анабелла решила, что ей нравится соитие с мужем. Она хотела большего. Матерь Божья! Неужели такое желание естественно? Ей еще так долго учиться, и Джин, несомненно, может многое прояснить.
Дверь спальни открылась.
– Вы проснулись, – улыбнулась Джин.
– Да, – кивнула Анабелла и спрыгнула с постели, невзирая на не слишком приятные ощущения.
Глаза Джин на мгновение широко раскрылись. Хотя она уже два месяца служила хозяйке, все же никогда не видела ее в костюме Евы.
Но Джин тут же усмехнулась.
Сегодня утром Ангус насвистывал, когда спускался в зал. Разве не все мужчины одинаковы в своих потребностях? Ангус обнаружил, что некрасивая жена наделена идеальным телом, и очевидно, этого достаточно, чтобы привести его в такое прекрасное настроение.
– Вам нужна ванна, – сказала она.
– Сегодня вечером. Сейчас я обойдусь тазиком с водой. Не хочу заставлять мужа ждать, – пробормотала Анабелла, уже наливая воды в тазик.
– Только смойте кровь с бедер, – посоветовала Джин и тут же поспешно собрала с кровати окровавленные простыни.
Боже милостивый! Сколько коричневых пятен! Ангус действительно выполнил долг перед Дуном, и Анабелла вовсе не выглядела несчастной.
Джин выложила свежую сорочку, чулки, штаны, полотняную рубашку и подбитую мехом куртку с рукавами. Сапожки она поставила у постели, где быстро одевалась Анабелла.
– Пойти сказать Ангусу, что мы сейчас спустимся? – спросила она.
– Да. Но потом возвращайся, помоги мне с сапожками и волосами.
Джин торопливо вышла, унося простыни. Отдала их прачке, которая, увидев пятна, вопросительно взглянула на Джин.
– Ни слова, – предупредила та. – Дело сделано, и это главное.
Прачка молча кивнула. Она не собиралась сплетничать и этим самым уничтожить все шансы на будущее Уны.
Джин вернулась в зал и сказала брату:
– Леди спустится, как только я надену ей сапожки и заплету волосы.
– Я подожду во дворе, – кивнул Ангус.
Джин снова побежала в покои хозяйки и помогла ей натянуть сапожки. Расчесала длинные пряди и заплела в одну косу.
