Автор
В темном коридоре я медленно ищу ключ, чтобы открыть дверь. Силовой стук ночи разрывает ночной мрак, заставляя меня вжаться в угол комнаты, прячашься под тонкими бретельками ночнушки с вырезом. Атмосфера напряженности и опасности навевает дрожь — кажется, кто-то неизвестный пробирается к своей жертве в этом холодном, отдаленном доме....
Кажется, он меня сожрет живьем прямо сейчас.
– Пошли, побеседуем. Тихий, двери закрой.
Вскрикиваю, когда главарь больно хватает меня за предплечье и ведет в комнату. Его один шаг равен моим трем, поэтому я вынуждена практически бежать, пока он тащит меня в спальню.
Пытаюсь вырвать руку из жесткого захвата, но это все равно, что с танком бороться. В голове набатом стучит страх и пульсирует адреналин. Судорожно ищу, чем можно защититься, но кроме чайника на кухне ничего на ум не приходит.
– Пустите, мне больно!
– Молчать.
Пытаюсь лихорадочно переварить сказанное. Брат, брат, какой брат? Осознание набатом бьет по голове. Боже, это все же случилось. Он нашел меня… Мой кошмар…он стал явью.
– Я ничего не знаю, правда. Отпустите меня!
– Не смей врать, сука! Я четверых парней сам закопал по твоей милости за последний месяц, а Арсена так и не нашли до сих пор. Говори, шалава, иначе я за себя не ручаюсь.
Его рука сжимается все сильнее, и кажется, я сейчас свалюсь от боли прямо тут, позорно распластавшись на полу.
– Пожалуйста, я не виновата ни в чем, я не знаю где Арсен! Я не хотела, не хотела! Ай, вы делаете мне больно!
Открываю рот в немом крике, когда мужчина, удерживая обе мои руки своей одной огромной лапой, вынимает нож из кармана. Он что-то нажимает, после чего появляется острое лезвие из рукояти. Оно ярко блестит на свету, красиво отдавая бликами, и я понимаю – этот зверь не шутит. Он готов на все.
Головорез медленно проводит ножом по моему плечу, опускаясь к ключице и груди. Острие лезвие внезапно поддевает тонкую петельку ночнушки, перерезая ее. Холмик моей высокой груди оголяется перед ним, и я резко дергаюсь, чтобы прикрыться, но мне никто не дает этого сделать.
Ловлю стальной взгляд черных глаз мужчины. Они пылают огнем ненависти ко мне, а еще…жадно сканируют мое тело. Не могу понять, нравиться ли ему то, что видит. Кажется, он готов меня растерзать прямо тут. Ни капли жалости или сострадания в нем нет.
Низкий, ни с чем не сравнимый голос басит прямо передо мной, а я…стараюсь не отключиться от этого кошмара.
– Я даю тебе уникальное право выбора. Сдохнуть по-тихому сейчас или до конца своих дней отрабатывать мне. Собственностью моей будешь. Без права голоса, выбора и желания."
"Молчу, дрожь не дает проронить и слова. Дыхание спирает, пытаюсь понять суть сказанного.
