Всё это, по отдельности, очень хорошо и даже замечательно. Но всё сразу?
Если съесть один пряник — это вкусно. Два — тоже. Но если съесть сразу двадцать — разболится живот.
И сейчас я просто переела хороших новостей, как пряников однажды в детстве.
— Иллана захочет увидеть тебя, — предупредил Куидор. — И наши дети — тоже. Да и другие родственники. Но я постараюсь сдержать их, дать тебе время привыкнуть. Несколько дней, не более. Но ты успеешь окончательно осознать всё, что с тобой произошло, и, я надеюсь, хотя бы немного свыкнешься с мыслью, что мы теперь — твоя семья.
— Спасибо, — на этот раз я сказала то, что думала. Сказала от всей души. Мне жизненно необходимо было это время.
— Куидор, я рад за вас с Илланой, но не забывай, что теперь семья Дарёны — это мы, — король махнул рукой в сторону жадно, но, к счастью, молча прислушивающихся родственников.
— Да-да, я понимаю. Но всё же… — светловолосый дракон замолчал, вздохнул, покачал головой. — Как же это всё сложно.
— Нужно время, — Чиавир встал и ободряюще положил руку своему наследнику на плечо. — Нам всем. Слишком всё быстро и неожиданно. Даже счастливые новости могут сбить с ног. — И уже к королю: — Мы полетим домой, ваше величество. Спасибо, что нашли наше дитя. Семья должна узнать об этом как можно скорее. Но никто вас не потревожит в ближайшие дни, обещаю. Моя власть в семье пока неоспорима.
— Благодарю, — кивнул ему мой муж. — Кроме прочего, мы с Дарёной — молодожёны, сами понимаете, что это значит.
— Да, конечно, — Чиавир широко улыбнулся. — У вас есть неделя. Дольше — не обещаю.
— До встречи, доченька, — Куидор наклонился и поцеловал меня в лоб. — Постарайся, пожалуйста, хотя бы просто свыкнуться с этой мыслью, — шепнул негромко, потом поклонился королю и вышел.
Чиавир с женой тоже меня поцеловали — я при их приближении встала, чтобы наклоняться не пришлось, всё же неловко, они пожилые уже.
— Я очень рада новой внучке, — улыбнулась мне светловолосая драконица. — Нас так и не познакомили. Меня зовут Элрона, но ты можешь звать меня просто бабушкой.
— А меня — дедушкой, — подхватил Чиавир. — Нас, дедушек, у тебя много, ещё и запутаешься, но ты, главное, меня запомни, а остальные не так и важны."
"Я невольно улыбнулась — с уходом Куидора стало как-то легче, напряжение немного отпустило, ушла неловкость. Дедушек и бабушек у человека может быть много. Кроме деда Велиграда, у меня были ещё дед Добромысл и бабушка Милослава — матушкины родители. Я видела их редко, по праздникам, но тоже любила. А ещё были три дедушкиных сестры с мужьями, их я тоже звала бабушками и дедушками.
Поэтому то, что я обзавелась ещё парочкой — или парой десятков, — меня не удивило и не испугало. А вот новый отец и Иллана в качестве матери — это было… тяжело.