Автор
Неожиданная встреча на крыльце офисного здания становится поворотной точкой для главной героини в Заложнице. В жарком солнечном полудне женщина чувствует себя дрожащей и разбитой, словно каждый шаг набирает дополнительную силу от накатывающей духоты и нестерпимо горячего воздуха....
– Помочь не желаешь? – помахал мне парень рукой, а когда я поморщилась и отрицательно мотнула головой, рассмеялся и принял позу ну очень похожую на ту, что демонстрируют бодибилдеры на конкурсе, когда маслом намажутся и стринги наденут.
Подавив смешок, я подозвала Тимошку и кинула вдаль найденную на земле палку. Щенок с языком на плече и энтузиазмом побежал и принес мне ее обратно. Резвясь с собачонкой, я совершенно точно решила: когда выберусь из передряги, а теперь я была почему-то уверена, что у Аблова нет намерений меня где-нибудь в лесу прикопать, обязательно заведу себе йоркширского терьера, уж очень мне импонирует эта порода.
Когда щенок вымотался и уснул, я вынесла из дома кресло-качалку, укрылась пледом, открыла книгу, которую нашла в гостиной в шкафу, и погрузилась в чтение.
Сколько времени пробыла в мире будущего и агрессивно настроенных к человечеству киборгов, я понятия не имею, но из фантазий в реальность меня вернул скрежет тормозов и крепкий трехъярусный мат. Оторвав взгляд от книги, я оценила окружающую обстановку.
На территорию усадьбы въехал внедорожник, тот самый, который я изувечила. За рулем сидел Глеб, и его глаза обещали мне скорую смерть через мучительные страдания. Костяна же нигде не было видно. Тимошка проснулся и вовсю рычал, но проблема заключалась в том, что потенциальный защитник весил два килограмма.
– Ты что, коза драная, тут делаешь? – вылетев из автомобиля, взревел Глеб и уверенно двинулся в мою сторону.
«Лера, не нервничай, тебе разрешили на улицу выходить.
Я шикнула на Тимошку, чтобы не лаял, уткнулась обратно в книгу и делано безмятежно продолжаю дальше читать.
– Ты совсем оборзела, коза?! Я с кем, твою мать, разговариваю? – нависая, надрывает Глеб связки.
Я зевнула, перевернула страницу, нахмурившись, отогнала несуществующую муху.
Амбал, потеряв дар речи от моей неслыханной наглости, зарычал что-то нечленораздельное и явно ругательное и сжал кулаки так, что было слышно, как костяшки скрепят.
– Охренела! – наклонившись, выкрикнул мне в лицо Глеб. – Будешь и дальше делать вид, что меня тут нет, урою!
Вытянув из-под пледа ногу, я подняла взгляд на разъяренного здоровяка и спокойно сказала:
– Виктор надел мне браслет и сказал, что я могу гулять где захочу.
