Автор
В глухой улице орала мужчина, вызывая насилие даже в тихом спокойствии осенних сумерек. Метрах в двухстах от них лежали два истекающих кровью тела — жертвы его последней язвы. В этом мраке и грохоте бешенства он чувствовал себя почти неподвластным, но не более того.
Это оказалась хилая обшарпанная пятиэтажка без лифта на окраине города, а квартира Руденской располагалась на последнем этаже. Подозреваю, что крыша в доме регулярно протекала и старушка маялась с капающей с потолка водой.
Ох, как же я ошибался! Впрочем, не в первый раз. Лидия Павловна оказалась вовсе не старушкой, ей было около пятидесяти или чуть больше, во всяком случае, она выглядела моложе моей мамы. Но это касалось только лица. Во всем остальном она была действительно старушкой, передвигалась с трудом, ходила по квартире с палкой и сильно согнувшись.
Она открыла нам дверь и замерла на пороге, глядя на нас не столько вопросительно, сколько с вызовом.
- Что угодно?
Голос сипловатый и какой-то надтреснутый, но отнюдь не слабый. Своим некурящим носом я мгновенно уловил запах табака, исходящий не только из квартиры, но даже от одежды женщины. Видно, курит она много.
- Вы - Лидия Павловна Руденская?
- Именно. Так что вам угодно?
- Мы можем пройти к вам? У нас к вам несколько вопросов.
- О чем? Я вам уже все сказала и велела больше не являться сюда.
Вот это уже интересно. У Лидии Павловны проблемы с молодыми мужчинами, которые требуют от нее каких-то сведений, и мужчины эти ей, как говорили в позапрошлом веке, «не по сердцу пришлись». И кто же это такие, хотел бы я знать?
- Это, вероятно, недоразумение, Лидия Павловна. Вы нас принимаете за каких-то других людей.
- Ну разумеется, - она слабо усмехнулась, и я понял, что «тех» она не боится, просто они ей почему-то глубоко противны, - ко мне приходил другой молодой человек. Но вы явились с теми же вопросами, и я сразу отвечаю вам: нет, мне ничего не известно, и говорить с вами я не стану.
- Лидия Павловна, - взмолился я, - поверьте, я понятия не имею, о чем вы говорите. Я из Москвы, из милиции, могу показать удостоверение.
Глаза ее сверкнули, она сделала два тяжелых шага и отступила от порога.
- При чем тут Николай? Какой Николай? Вас интересует Виктор, мой племянник, и нечего морочить мне голову. Уходите.
Лидия Павловна сделала попытку закрыть дверь, но ей это не удалось. Врываться в квартиру нам не хотелось, но придержать дверь всегда можно, большого усилия тут не требовалось.
