Автор
В глухой улице орала мужчина, вызывая насилие даже в тихом спокойствии осенних сумерек. Метрах в двухстах от них лежали два истекающих кровью тела — жертвы его последней язвы. В этом мраке и грохоте бешенства он чувствовал себя почти неподвластным, но не более того.
Меня посетила мужественная мысль уйти в тину. Просто скрыться. Свалить отсюда, одним словом. Никому ничего не говорить, предупредить стоящих поодаль свидетелей, чтобы подошли к оперативникам сами и все рассказали. А установить личность потерпевших приехавшие и сами смогут, не глупее меня, надо думать, пошарят по карманам, откроют сумочку мадам Сороченко, найдут паспорт, обнаружат документы в кармане у Кузнецова, короче, сделают все то же самое, что и я. На мгновение представив, как я сейчас подойду к сыщикам и следователю, весь такой при смокинге и бабочке, благоухающий туалетной водой от Версаче, и начну докладывать о работе, проведенной на месте происшествия, мне стало тошно до рвоты.
Я тяжело вздохнул и направился к прибывшим. А ведь как хорошо день начинался! Катя, коты, дневники, пара новых набросков для будущей книги, роскошный папин баритон в обрамлении красивой музыки…
- Добрый вечер, - обреченно пробормотал я, подходя к самому на вид незлобному члену дежурной группы.
Как я и предполагал, взгляд, которым окинул меня молоденький коротко стриженный оперативник, был отнюдь не эталоном дружелюбия. Участковый в смокинге возле оперного театра. Обхохочешься.
- Вы свидетель?
- Нет, - честно признался я. - В момент совершения преступления я находился в здании. Но пока вас ждали, я нашел несколько человек, которые могут быть свидетелями, вон они стоят, я попросил их не уходить.
- А кто вас сюда вызвал? - Оперативник не скрывал подозрительности.
- Никто, - я пожал плечами, - я был на спектакле.
- И собрались идти домой без пальто? - насмешливо спросил он.
Глазастый. Сообразил, что я раздет.
- Мне позвонили с улицы, когда я был еще в здании, и я вышел. Бежал бегом, одеться не успел.
- Кто позвонил?
- Знакомая. Она уже была здесь, у выхода. Она знает, что я работник милиции, поэтому и позвонила.
"- Ясно. Что еще можете сообщить?
Я добросовестно сообщил все, что мог. Когда дошел до просьбы всем участникам спектакля задержаться в театре, сыщик посмотрел на меня с недоумением. Между прочим, манеры у него те еще, отчета требует, а сам даже не представился.
- Понимаете, сегодня премьера, - стал объяснять я, - а на премьере в зале обычно бывает очень мало случайных людей. Основная масса зрителей - чьи-то гости.
