Автор
Сумерки скрывают неясный замок из песка, где бегемотовые глаза фойе и затаившийся женский голос отражают невзгоды Вероники. Ее платье явно указывает на непростую ночь, но она уже в полном разуме, готовясь к продолжению приключений.
Ирочка же тем временем развязала кофту, немного повращала ступней, разминая голеностоп, и встала на пальцы.
— Вот, Юрий Васильевич, этот момент, — она сделала три мелких прыжка на высоких пальцах правой ноги, — тяжеловато как-то получается, неуклюже…"
"— Ну, оставь для репетиции «полная ступня — пальцы», «полная ступня — пальцы». Потом доработаешь, — тот вполне миролюбиво пожал плечами.
— Ну, как же можно «ступня — пальцы»?! Может быть, на своем бенефисе в семьдесят лет я именно так и станцую, а сейчас неудобно как-то… Тем более настоящие мастера в труппе появились!
В мою сторону Лапина покосилась так выразительно, что мне немедленно захотелось провалиться сквозь землю.
— Не поддавайся на провокацию и не трусь.
Пришлось мило и немного смущенно улыбнуться.
Ирочка между тем снова встала на пальцы. Протрюхала по диагонали троечку прыжков, а потом вдруг ойкнула, будто ужаленная змеей.
— Что? Травма? — взвился Лобов. — Очень больно? Покажи ногу!
— Нет-нет, — сквозь зубы процедила та, страдальчески морща лоб. — Думаю, обойдется…
Мы с Иволгиным переглянулись. В том, как она упала, было что-то невыносимо фальшивое.
Лапина доковыляла до стула и вытянула ногу вперед. Никакой опухоли пока не намечалось, но она все равно простонала:
— Вывих, наверное. Сейчас в больницу поеду… Вот подгадила вам с «Жизелью», да? Хотела как лучше, а получилось… Что же теперь со вторником делать? Может, Настя Серебровская станцует?
— А и в самом деле? — оживился Лобов.
— Соглашайся, — снова прошептал Алексей. — Уж с Жизелью-то у тебя вроде все нормально. В отличие от Одетты.
И я согласилась. На горе себе и ему. Нет, технически все получилось более-менее: ровно и скучно, как обычный экзерсис. Партию-то я помнила, а вот ощущение Жизели, сходящей с ума от любви, — нет.
