Автор
Сумерки скрывают неясный замок из песка, где бегемотовые глаза фойе и затаившийся женский голос отражают невзгоды Вероники. Ее платье явно указывает на непростую ночь, но она уже в полном разуме, готовясь к продолжению приключений.
Ах да! Выходит, значит, Андрей из служебного входа, я неподалеку прогуливаюсь. Подхожу, спрашиваю: «Вы домой?» Он отвечает: «Да». Я говорю: «Хорошо, вместе пойдем! Вам в какую сторону?» А он — вежливый такой, тут же интересуется: «А вам в какую?»
Никитина прыснула и торопливо прикрыла лицо ладонью, я едва сдержала смех, но Славик ничего не заметил. Только еще раз окинул меня внимательным взглядом и заявил:
— И все-таки вы сегодня какие-то особенно нарядные. Наверное, в честь дня рождения Верди?
— Да, — подтвердила Лариска, хватая меня за руку и оттаскивая в сторону.
Сюрпризы начались сразу после того, как мы вошли в зал. Во втором ряду сидела незнакомая девица с горящими глазами и почти таким же, как наш, букетом.
— Это что еще за явление? — обиженно поинтересовалась Никитина. — Кому это она цветы собралась вручать?
— Может, Серебровской? — Я пожала плечами.
— Ага! Такие, как эта, женщинам цветов не дарят!.. Сейчас мы все узнаем.
— Как?
— Да очень просто! — Лариска улыбнулась мне, как неразумному младенцу. — По той фамилии, которую она назовет первой.
Я хотела напомнить Лариске о том, как мы сами обманули Славика, назвав фамилию Серебровской, но Никитина уже подсаживалась к девушке и натягивала на лицо самую светскую из своих улыбок.
— Извините, пожалуйста, — Ларискин голос просто сочился патокой, — вы не подскажете, кто сегодня танцует?
— Настя Серебровская, — девушка доброжелательно улыбнулась.
— Как Вихрев? — тупо переспросила Никитина. А я почувствовала, что букет в моих руках тяжелеет с каждой секундой. Вместо ответа та порылась в сумочке и протянула программку, в первой же строке которой значилось «Граф Резанов — Андрей Вихрев». Мне немедленно захотелось выскочить вон из зала, но Лариска незаметно удержала меня пальцами за подол юбки и продолжила изучать список исполнителей. Когда она снова подняла голову, лицо ее светилось тихим торжеством.
— Все нормально, — сообщила она, беря меня под локоть и отводя в сторону. — Мой Алеша танцует сегодня Юродивого!..
Спектакль был как спектакль. Видимо, не хуже и не лучше, чем обычно. Потому что зрительницы так же заходились в аплодисментах и так же блаженно затихали под музыку «Белого шиповника». Так же восхищались первым появлением Кончиты, и так же хихикали, когда на заднике возникал слайд — лик Богородицы с иконы Андрея Рублева.
