Автор
Сумерки скрывают неясный замок из песка, где бегемотовые глаза фойе и затаившийся женский голос отражают невзгоды Вероники. Ее платье явно указывает на непростую ночь, но она уже в полном разуме, готовясь к продолжению приключений.
Антон такой счастливый был…
Кофе плеснулся через край и потек по белому фарфоровому боку чашечки тремя неровными струйками. Обжег палец Кирилла. Тот, охнув, дернулся и расплескал еще больше. Я взяла из его рук одну чашку и поставила на низенький деревянный столик.
— Понимаете, все так глупо вышло. Мы ведь совсем немного знакомы были. У меня даже адреса его нет.
— Так вы, значит, хотите, чтобы я дал вам его адрес? — Кирилл облизнул ошпаренный палец и в состоянии глубокой задумчивости присел на детский стульчик, расписанный фруктово-ягодными узорами.
— Он не станет со мной разговаривать.
— Но мне тоже как-то не совсем удобно…
— Да это все понятно! — Я всплеснула руками. — Все понимаю и про мужскую солидарность, и про то, что, когда один из друзей хочет избавиться от надоевшей женщины, другой не должен ее проискам содействовать. Но, пожалуйста! Это очень важно…
Заметив, что я до сих пор стою, Кирилл тоже вскочил и зачем-то задвинул стульчик под стол.
— Я ни в коем случае не имел в виду, что вы надоедаете Антону. Просто это как-то… А впрочем, ладно!
Он вышел из комнаты и вернулся с блокнотом. Против ожидания, это оказалась не какая-нибудь богемно-затрепанная записная книжка, а вполне цивилизованный блокнот в черном кожаном переплете со сменными блоками. Адрес и телефон Антона значились под буквой С.
«Конечно, ведь его фамилия — Соколов, — подумала я с мимолетной горечью. — А моя — Серебровская! Очень хороший момент мы выбрали, чтобы официально представиться друг другу! Просто лучше некуда!»
Кирилл тем временем выдрал откуда-то из середины записной книжки чистый листок и протянул его мне вместе с ручкой:
— Записывайте… И вот еще что: Антон очень хорошо к вам относится и тяжело переживает обиды, поэтому… Хотя вы и без меня во всем разберетесь…
Кофе мы так и не попили.
— «Озеро» ваше совсем даже не «лужа» и уж точно не мазня… Во всяком случае, для меня это лучшая картина в мире…
Антон жил в Ясеневе, в новом шестнадцатиэтажном доме, стоящем недалеко от остановки.
Но в квартире никого не было.
