Подошёл и обнял её, развернув к себе спиной. Сказал с усмешкой:
— Надо же, лира жена. Все предыдущие мои жёны были жёнами князя Дьяна. А теперь я сам угодил в мужья владетельницы. У меня может быть какая-никакая власть над замком, потому что я муж своей жены! Это даже забавно.
Она обернулась, заглянула ему в лицо, улыбнулась.
— Завидуешь, муж мой? Ревнуешь к моей власти?
— Нет, — он засмеялся.
Все правильно, у неё ведь и не было никакой власти. Об этом можно было лишь пошутить, и посмеяться потом.
— Ты сердишься, что я и теперь выполняю волю своего отца, которого ты ненавидишь?
Дьян и бровью не повёл.
— Не сержусь. Я взял тебя в жёны со всеми твоими старыми обязательствами. И даже признаю, что отец давал тебе дельные советы. Я ведь, кстати, много старше, у меня были жёны и есть маленькая дочь. И куда больше обязательств, с которыми тебе тоже не стоит спорить.
Вот как. Но ведь она и не помышляла спорить…
— Хорошо, — она кивнула, — я бы очень хотела познакомиться с твоей дочерью.
— Познакомишься, когда будет можно. Придётся немного подождать. Идём-ка сюда…
Продолжая обнимать за плечи, он привел её в гардеробную. Остановился напротив картины, не подходя близко и не выпуская Кантану из рук, и какое-то время задумчиво рассматривал мозаику.
— Красиво, хоть и просто, — сказал он наконец, — жаль, что так далеко спрятано. Мало кто может увидеть. И, знаешь, что? Если уж прятать магией часть замка, но надо бы оставить метки, где что искать. И эти метки должны сохраняться надолго. Как эта мозаика. Что скажешь?
— Нарисована дверь — значит, там дверь? Да, пожалуй, — удивилась она.
Ей пока ещё не пришло в голову делать выводы о всём замке. Но ведь это действительно очень походило на правду.
— Ты и сама додумалась, да? — он легонько сжал её плечи.
— Мне эта дверь показалась настоящей, — она пожала плечами, — не знаю, что нашло. Но я не додумалась, нет.
Это была не вся правда, по сути, это было ничто. Но на душу опять словно тяжесть легла от одной мысли, что она посвятит кого-то в свою тайну. Уж мужа владетельницы — можно и нужно?..
Потом. Пока не время. Ей тоже это все твердят: не время, потом, всё — потом!
Она сначала сделает это своим, а потом подумает, отдавать кому-то ли нет. Когда будет знать точно…
— Не смейся. Вот, я попробую открыть, — она вывернулась из его рук, подошла, надавила ладонями на мозаичную дверь, почти не сомневаясь, что ничего не выйдет.
Надавила сильнее. И не вышло.
— Попробую помочь? — Дьян приблизился и накрыл её ладони своими, и тоже нажал.
Потом он отстранил её, и, вынув и кармана жилета недавно сделанный амулет, обвёл им дверь, потом ещё поводил, по-всякому.
— Впрочем, тут всё проверено, — он пожал плечами, — нет так нет.