Впрочем, он управился быстро, выпрямился и широко улыбнулся.
— Рад сообщить тебе радостную весть, моя лира! Ты уже носишь ребенка. Полагаю, что сына.
Мантина радостно всплеснула руками. Кантана была ошарашена. Ребенок? Её ребенок? Он уже есть, существует?..
Нет, понятно, конечно, что со временем у неё должен будут родиться дети, но чтобы так скоро! Её ночи с князем можно пока пересчитать по пальцам!
— Дьян будет счастлив. Он давно мечтает о сыне. Ты рада, княгиня?
— Да, конечно, — они кивнула, улыбнулась.
Каждая женщина должна радоваться такой вести. Но в груди что-то сжалось, тоскливо и больно. Радости не было, счастья не было.
— Благодарю за хорошие вести, лир маг, — сказала она бодро.
Следовало хотя бы притворяться довольной.
— Как я понимаю, ты совершенно здорова, лира, — сказал маг, — тебе нет нужды в чём-то себя ограничивать. Однако не утомляйся излишне, и старайся избегать ненужных переживаний. Таких как сегодня, например.
Рекомендации, которые дают лекари в подобных случаях, прекрасно известны всем.
— Я хочу ужинать внизу, — сказала Кантана, — надоело сидеть взаперти. Давно пора осмотреть, наконец, весь замок. Ардай вернулся?..
С Ардаем они встретились за столом. Он опоздал, пришёл, когда всё уже закончили есть, и был оживлён и насмешлив чуть больше, чем обычно.
— Хорошая прогулка получилась, тётушка? Нет желания повторить?
— Есть, конечно, — и бровью не повела Кантана. — Надеюсь, в следующий раз присоединишься. Император справлялся о тебе, — последнее она сочинила, конечно.
— Хм, — Ардай положил перед ней на стол тетрадь в мягкой кожаной обложке.
Старую тетрадь, с тиснёным золочёным узором. Кантана осторожно открыла её и увидела герб Виаланов на обратной стороне обложки, на шелковистой кремовой бумаге.
— Это записная книжка твоего деда. Лир Геле… лир Гент, я хочу сказать, нашёл среди бумаг. Сундук с бумагами стоял в потайной кладовке и принадлежал опекуну ленны Кайры Виаланны, твоей матери. Мага заинтересовало вот это, — Ардай открыл тетрадь там, где лежала закладка.
Несколько страниц занимали рисунки: достаточно небрежные очертания женской головки с шеей и плечами, кистей рук. И надписи рядом с рисунками: «открыть», «пропустить», «сундук открыт», «сундук заперт», «запереть», и ещё с десяток других.
— Что это? — удивилась Кантана.
— Вот, посмотри, — Ардай ткнул пальцем в рисунок, — тут нарисованы украшения, но надеты они по-разному. Кольца и браслеты, на разных руках и на разных пальцах. Диадема, серьги и ожерелье. Не твои семейные изумруды имеются в виду? И пояснения. Не знаю, но я бы попробовал надеть всё это так, как тут, и что-нибудь открыть, или запереть, например. Вот, два кольца на одном пальце, как ты носила в городе, это значит «сундук открыт».