Чаще просто сидела, завернувшись в одеяло и глядя куда-то в одну точку. Думала… обо всём. Вспоминала. Детство в Касте. Юность в Линнене. Длинные рассуждения отца, который с каждым годом от общих тем всё больше уходил к мечтам о приручении драконов. Его это по-настоящему увлекало. Об этом все помалкивали, но в тишине своего кабинета, только ей, отец говорил об этом много. Она слушала, понимая, что этим помогает ему — отцу тоже надо было, чтобы его слушали. С этим неплохо справился бы и гипсовый болванчик, но у Кантаны получалось лучше…
Драконов приручить невозможно. Для того, чтобы справиться с драконом, нужно быть соддийцем. Создать дракона невозможно. Да, отец это тоже говорил! О невозможности создания дракона. Но если она превратилась в драконоподобного монстра… ну, предположим, это не её сон, не её видение, а она действительно превратилась — почему тот дракон на Скалистом острове отнёсся к ней, как к настоящей?
Или ему было всё равно, настоящая она или подделка? И почему Ардай был так уверен, что чужого дракона не было в Хаддарде? А сказки про драконов, которые рассказывали по вечерам в Касте? Такие разные сказки. Драконы представали в них и мудрыми, и хитрыми, и коварными. И очень богатыми — драконы обожали золото. Драконам дарили красивых девушек — только самых красивых. К драконам обращались за советом, просили у них суда и искали справедливости. Можно было договориться с драконом, отгадав их загадки, то ли три, то ли семь…
Вот что важно: драконы в сказках были мудрыми. Мудрее людей. Они разговаривали. Судили спорщиков, делали множество дел, спасали кого-то, давали шанс влюблённым юношам сразиться за потерянную невесту…
Это, конечно, всё сказки. Но Кантана предпочла бы узнать, что драконы на самом деле мудры и разумны, и не уступают в этом людям. Потому что…
Да-да, именно поэтому: она занималась любовью с драконом. Который мог бы, к примеру, быть ездовым животным её мужа? Причём ощущения от этого действа были самые феерические. Однако какое облегчение было бы узнать, что на самом деле этого не было!
Мысли менялись, крутились, как песчинки, подхваченные ураганом, Кантана то мучилась от стыда и осознания своей вины, то успокаивалась и пыталась рассуждать здраво — последнее, кстати, получалось всего хуже.
Отец обронил как-то, что у соддийцев и драконов некая кровная связь, этим и объясняется их взаимное влияние. Что это значит? Кровная связь, это означает — родство? Или какую-то магическую привязку на крови?..
Как об этом спросить?!
Ей все время казалось, что она знала нечто очень важное, но забыла и не может вспомнить. Знала, или видела? Наяву или во сне? Но стоит ей вспомнить, как всё встанет на свои места. Что же это, важное?
Кровная связь между соддийцами и драконами. Они родом из одного мира.