Потом она поняла…
— Он вожак, — сказала она, — На этом празднике вожаки всем нравятся. Пройдёт время, и ты поймёшь, что другие не хуже. Просто они не князья.
Во время праздника Дьян и другие князья, и большие черные не-князья — все они на пределе силы, потому что должны «держать» стаю, чувствовать её всю, — в этом смысл. Собирается и распадается множество стай — на каждый танец. Князь и их стаи проверяют свои возможности, линии силы укрепляются. Стаи становится более чуткими и сплочёнными после праздника. И возможно, кто-то из князей сумеет стать вожаком всех. Или несколько князей — по очереди. Драконов теперь немного, так что это вполне возможно, но в Исконном мире было величайшей редкостью.
Альгейла посмотрела недоверчиво.
— Вот бы я была такой красивой, как ты.
— Как я?! — Кантана искренне удивилась, — А мне кажется, что это ты хорошенькая! Куда уж мне.
Девушка удивлённо уставилась на неё.
— Зачем ты скромничаешь? Я же с тобой по-честному. Сайрон говорит, что такой красавицы в крылатом обличье он просто ещё не видел. И все с ним согласились. Сайрон говорит — хоть не выпускай тебя из замка! Все будут виться возле тебя. Нет, не бойся, он, конечно, шутит насчёт не выпускать…
Теперь Кантана онемела от удивления. Она ясно слышала, что маленькая Аметистовая говорит без тени лукавства. Но оценивать свою драконью внешность ей до сих пор как-то не приходило в голову. Да и как оценить, в какое зеркало посмотреться?..
— Может, ты выйдешь замуж за Сайрона? — сказала Альгейла, — мы все станем говорить только вслух, и никогда по-соддийски. Это несложно, правда. Тебе будет хорошо тут!
— Спасибо, Альгейла, — Кантана была тронута, — но не нужно, разговаривайте, как привыкли. Я многое понимаю, и не слыша соддийскую речь. Когда доверяешь, это всё неважно. Но я не могу выйти замуж за Сайрона.
Она закончила заплетать косы, положила гребень и спросила с небрежной улыбкой:
— Альгейла, а князь Дьян только танцует, или… — и тут же ей захотелось прикусить себе язык.
— Это многим любопытно, — быстро улыбнулась Альгейла. — Будет ли он летать с кем-то на этот раз. Особенно согласится ли на Выбор Чаш. Он чаще вообще не участвует в этом обряде, а без обряда — раньше летал, конечно. Особенно когда у него не было княгини. Всегда тайно, но разве такое скроешь?..
Кантане вдруг стало тяжело дышать.
Она ведь даже не княгиня — для них всех. Княгини — те жёны её мужа, что были до неё.
— Мне не позволят поставить чашу на Выбор! — вздохнула Альгейла, — говорят, что ещё маленькая. Я хочу просто потанцевать!
— Конечно, ты маленькая, — прошептала Кантана, — иди к гостям, а то ещё хватятся тебя. Напомни ему про обещание и потанцуй, на самом деле. Обещает — пусть исполняет.
— Убедила! Я уже иду! — девушка сорвалась и убежала.