Автор
Возле величественного замка мерцает лунный свет, создавая мистическую атмосферу. Его величество Кэйворрейн спит как орешек после долгой борьбы за власть, в то время как избранная королева устала до мурашек и просто погружается во сне. Но дивные леди Неблагого Двора не находят покоя — некоторые плакутся над подушкой, другие же мучатся от беспокойства и тревоги....
Мое буйное воображение тотчас представило, как Кэйворрейн возлагает на меня венец, а после убивает, вытягивает из бесчувственного тела нить моей любви к нему и намертво закрывает ею ворота в Бездну!
Брр! Лучше стану думать в другую сторону. В оптимистичную.
Вот интересно, а если – или когда? – я стану фейри, у меня удлинятся уши? Появятся лишние суставы? Хвост, может, отрастет?!
Эта мысль заняла меня так сильно, что явившегося наконец Айкена я встретила вопросом, которого он явно не ждал:
– Айкен! А скажи, у меня после коронации не вырастет какой-нибудь хвост или еще одна коленка?
Брауни аж рот раскрыл.
"– Это тебе лучше у короля спросить! – заявил он наконец. – Я такой информацией не обладаю! Да и вообще нечего думать о всяких глупостях. У тебя полно других забот!
Я уставилась на него с интересом. Неужели погонит на работу?.. Вот ни капли не удивлюсь, если так! И хвост – это вовсе не глупость, а жуть жуткая!
Хотя если длинный, красивый и с такой милой кисточкой на конце? Хм.
Но Айкен вдруг заморгал, уставился на меня с нескрываемым ужасом и… хлопнулся на колени!
– О прекраснейшая из невест короля Неблагого Двора! Что же теперь будет с несчастным Айкеном!
И головой об пол – тук!
– Вы должны простить вашего ничтожного слугу! О величайшая будущая королева! Я всего лишь пыль, жалкая пыль у несравненных ножек самой бесподобной из леди!
Бам! Тук-тук-тук!
– Что же делать бедному Айкену, как вымолить прощение у несравненной Элеоноры?!
Я даже растерялась сначала.
– Никогда! – орал он, вырываясь и норовя стукаться лбом о любую поверхность. В данном случае – о мои ноги и руки. – Ни за что! Никаким образом жалкий слуга больше не позволит себе!..
Бух! Тук!
– Ай!
Лоб у Айкена оказался ну очень твердый!
– О величайшая из великих! Простите мое тупоумие! Не держите зла! Ваше непревзойденное великолепие! Айкен жалок, но злого умысла не было! – вопил брауни.
– Заткнись сейчас же! – рявкнула я, отбежав от него и потирая ушибленную коленку.
Бесполезно… Освободившийся Айкен мгновенно рухнул на пол и застучал головой уже в каком-то немыслимом темпе, словно на барабане играл.
Я огляделась, желая только одного: любым способом прервать этот кошмар. Ага!
Облитый водой из большого хрустального графина, брауни действительно замолк, но остался в той же позе.
