Надо заметить, что кровь Благого посла некоторое время даже сопротивлялась, но все слабела и слабела – с каждым словом Кэйворрейна и с каждым новым ингредиентом, который он клал на ковер под дерущиеся шарики.
– Желудем с Последнего Дуба… Куском камня с Вечной горы… Корой Шепчущего леса… Пером Алебастрового воина… Щепкой с копья Бузинного луга… Заклинаю тебя!
Ослепительная вспышка, оглушительный удар грома – и когда свет рассеялся, то король увидел, что его кровь окружила красно-золотую каплю как драгоценная оправа. Подчинила.
– Отлично.
На напряженном лице короля появилась хищная усмешка. Длинные пальцы набрасывали на сферы одну нить за другой, пока та не превратилась в подобие клубка. Путеводного клубка. Кэйворрейн взял его в руки, подбросил в воздух и приказал:
– Найди мне Филидэля!
И ступил на первую открывшуюся тропу.
Глава 12
О том, что против лома нет приема. Как и против милосердия
В тот день я опять проснулась одна. И дело было не в том, что муж спешил покинуть брачное ложе как можно скорее. Просто каждая ночь выматывала меня так, что вставать вместе с ним я ну никак не могла…
Фейри действительно неутомимы в любви. И это прекрасно! Не говоря уж о том, что порой я терялась, не успевая за фантазиями Кэйра. Не имея ни малейшего опыта в сексе, я все же не могла не понимать, что у мужа этот самый опыт… велик. Но ревновать к его прошлому было и глупо, и неуместно, и бессмысленно. Да и времени на ревность у меня не оставалось. А уж ночью я вообще ни о чем думать не могла: король не давал мне этой возможности.
Всего-то за несколько дней я познала столько… О нем. О себе. О том, что такое истинное удовольствие. В нашей постели не находилось места ни скуке, ни однообразию, ни даже смущению. Я чувствовала себя безмерно желанной, самой прекрасной и однозначно единственной в мире. Меня любили! Уж в постели точно, никаких сомнений! Долгие нежные ласки сменялись сумасшедшими взрывами, и любой вариант не приносил ничего, кроме восторга и экстаза.
Вот только главного не случалось. А хотелось! Все больше и больше хотелось ощутить его в себе, отдать себя полностью, слиться, хотя бы ненадолго превратившись в единое существо. Я даже совершала попытки сделать это, но Кэйр ни разу не поддался ни на провокацию, ни на откровенные притязания. Потрясающий контроль! Но такой обидный…
Тем не менее назвать себя неудовлетворенной я не могла. Да и его, пожалуй, тоже. И уверена: будь мой муж не обременен государственными делами, он бы вообще из нашей постели не вылезал. Как и я…
Но у него хватало сил вскочить едва не на рассвете, одарить меня быстрым, сожалеющим поцелуем и умчаться… ну, на работу, как это еще можно назвать… А я мгновенно засыпала снова, не в силах ничего с собой поделать.