В вымышленной реальности — на закрытой станции Хок Кесарь, жестокие тюремщики издеваются над заключёнными. Однако одна женщина, решившаяся на побег, не унывает и продолжает бороться за выживание. Этот рассказ описывает мир, где жизнь может быть безвыходной судьбой или потусторонней мечтой....
– Не в бровь, а в глаз, дейра Кесаря! – хохотнул Картер, а потом гаркнул: – Отряд! Вперёд! Отдохнули и двигаемся дальше!
Лорд-капитан был настроен позитивно.
Я нахмурился. Раньше я не испытывал такого беспокойства, даже идя в бой. Даже в самых паршивых ситуациях я так не переживал.
Наверное, потому что я раньше всегда был один.
Страх потерять Майю был самым сильным.
Ублюдок генерал!
Он знал, что отправляет меня и мою дейру на верную смерть! Не просто в Чёрные земли планеты Тарани, но на планету, на которой очень скоро кипящая лава станет главной хозяйкой.
Прав Лорд-капитан, надо выбраться отсюда и оторвать генералу яйца! Старый хрыч, видимо, потерял рассудок, если творит такие мерзкие дела. Ещё и в Сенат собрался…
«Кесарь, когда мы уберёмся с этой планеты, нужно будет что-то делать с генералом…» – сказала вдруг Майя.
Она чувствовала меня и направление моих мыслей.
«Я как раз думал над этим, родная. Генералу нельзя в Сенат. Он натворит много дурных дел».
«Вот именно. Поэтому в Сенат должен попасть ты!»
Я даже с шага сбился.
«Майя! Откуда такие мысли?» – опешил я от её идеи.
«Триады будут за тебя, я в этом уверена, – заявила она. – Да и кто ещё, если не ты?!»
«Предлагаю сначала нам выбраться…»
«Выберемся. Я не сомневаюсь в тебе, мой самый сильный, самый смелый и самый умный мужчина во всей Вселенной! Кстати, как у вас называют жену Сенатора?..»
Я снова сбился с шага, а потом тихо рассмеялся.
Майя подняла мне настроение.
Моя неподражаемая пара.
Сенат?
Как-то я не задумывался об этом и не глядел так далеко и высоко.
Но с другой стороны, работа хоть и сложная, но более спокойная. Не придётся рисковать жизнью, как раньше.
Сенат.
Почему бы и нет?
* * *Майя
Я со всей яростью боролась со страхом, и постепенно он отступал. Но я не радовалась, потому как знала: страх готов вернуться, как только я дам слабину. А там, где страх – там и паника.
Не знаю, как у Кесаря, но лично у меня было ощущение, что за нами наблюдают. Постоянно хотелось остановиться и оглянуться, но мы шли вперёд.
Ноги быстро устали и забились. Идти по неровной, иссушенной и ухабистой земле Тарани было не просто трудно, а адски трудно!
Дышать тут можно было и без маски, но воздух был раскалённым, горьким, и всё время хотелось пить.
«Старайся пить мелкими глотками, родная», – советовал мне Кесарь."
"Я быстро выпила свою воду. И Кесарь, как настоящий мужчина, отдал мне свою.
А я, такая неблагодарная, начала уже пить и его воду.
