В вымышленной реальности — на закрытой станции Хок Кесарь, жестокие тюремщики издеваются над заключёнными. Однако одна женщина, решившаяся на побег, не унывает и продолжает бороться за выживание. Этот рассказ описывает мир, где жизнь может быть безвыходной судьбой или потусторонней мечтой....
Я закричала, испытывая настоящую агонию!
Мне казалось, что у меня кожа от любого прикосновения сейчас слезет, оголяя мясо и кости!
И вдруг мужское рычание:
– Если немедленно не откроешь медотсек, я лишу не только тебя твоего разума, но и всю твою семью убью!
– Простите!.. Но генерал Росс…
– Твой генерал сейчас не на базе. Открывай! Живо!
– Кесарь, дружище, успокойся. Ты уже убил столько наших. Они всего лишь выполняют приказ…
– И ещё убью, Кордан! Если понадобится, и целую галактику за неё уничтожу!
– Да ты спятил…
Моё несчастное тело положили на что-то твёрдое, и голос мне сказал:"
"– Тише, любовь моя.
* * *Майя
Что-то надавило мне на затылок, приподнимая голову, и я тут же оказалась в тёплых объятиях.
– Майя… – позвал меня кто-то.
Вздохнула и распахнула глаза.
– Кесарь… – просипела сдавленным голосом и слабо ему улыбнулась. – Это ты…
– Я.
Мужчина смотрел на меня встревожено. Вокруг фиолетовых глаз и чувственного рта пролегли глубокие морщинки. Брови были нахмурены, а сам взгляд «сказал» мне о многом.
Он испугался за меня. Испугался, что мог меня потерять.
Кесарь погладил меня по щеке – очень нежно, почти невесомо, а сам смотрел с невероятной заботой, любовью и бесконечной тревогой.
Ухватилась за его шершавые пальцы, как за спасательный круг, и выдавила из себя:
– Пить хочу очень сильно.
Возле губ тут же появился стакан с водой, ставшей благословением для моего пересохшего горла.
Напившись, я расслабилась в надёжных руках Кесаря и подняла на него веки.
– Майя, как ты себя чувствуешь? – спросил он негромко, гладя меня по волосам.
– Не знаю… – прохрипела я и нахмурилась, прислушиваясь к себе. – Господи… Так больно мне не было, когда в тюрьме в меня тоже бросили сетью…
– Сеть, которую запустили в тебя Лорды, была намного мощнее, Майя. Она могла тебя убить… И почти убила…
Кесарь прикрыл глаза и сжал челюсть, пальцы его дрогнули, и он процедил:
– То, что случилось с тобой, не сойдёт с рук генералу. Клянусь тебе, моя дейра.
– К его прегрешениям добавилось ещё одно? – попыталась я пошутить, но вышло неудачно.
Кесарь был серьёзен.
– Ты истекала кровью, Майя. Из твоих глаз и ушей текла кровь. Всё твоё тело кровоточило. Каждая пора… Ты умирала, Майя…
Он говорил отрывисто, резко. Словно снова переживал этот кошмар.
Недавние воспоминания ворвались в моё сознание со скоростью света.
– Ты так кричала… Я тысячу раз умер, когда услышал твой крик. Сам был в отключке, был брошен в отдельную камеру, но я тебя услышал.
