Автор
В Замуж по контракту читатели отправляются в мир шокирующих правдивых взглядов на красоту и стареющую кожу. Женщины приезжают, чтобы послушать советы изысканных матерей о ботексе. Однако услышанное выворачивает с ног. Атмосфера книги — это не просто наболевший тренд на красоту и элегантность, это тонкая картина глубоких соображений об отношениях между поколениями женщин....
— Влад ненавидит отца, ты их обоих… Вы тянете этот груз, хотя ее давно нет в живых. Она оставила вам проклятое наследство, и вы никак не избавитесь от него.
— Остановись, — Павел бросает Элине, когда та в сердцах откидывает перчатки, с которыми не смогла справиться, и берется за крышку. — Ты не в том состоянии, чтобы играть с кислотой.
— Ты познакомил Элину с Владом? — я озвучиваю вдруг пришедшую ко мне догадку. — Да, Паш? Ты как-то узнал, что она страдает той же зависимостью, что и ваша мать, и решил поиздеваться над ним? Ты осторожный и умеешь выжидать.
— Там не надо было мешать, — Павел впервые реагирует на мои слова.
Он медленно приближается к Элине, не сводя глаза с ее ладоней. Я же не смотрю в ее сторону. Я ничего не могу поделать с ее действиями, она не послушает меня, а мое тело сковано каким-то препаратом. Я могу только говорить, и только с Павлом. В этом есть хоть какой-то смысл.
"— После смерти матери Адам стал для Влада красной тряпкой, — добавляет Павел устало.
— Она правда покончила с собой?
— А как еще? Думаешь, я помог? — он скалится, обдавая меня презрением. — Прикончил собственную мать, так?
— Я допускала это, но сейчас… смотрю на тебя и понимаю, что нет. Ты просто устал. Ненависть выматывает, особенно ненависть к родным…
Я осекаюсь, когда Элина резко поворачивается в мою сторону. Ее глаза горят бесноватыми огоньками предвкушения.
— Он вышвырнет тебя, — Элина бросает с насмешкой. — Не будет никакой сказки! Влад и дня не проведет с тобой больше.
Она замахивается, готовясь плеснуть в меня из бутылки. Я что-то кричу и закрываю глаза. Вжимаюсь в стул всем телом, словно это может уберечь меня, и чувствую острые уколы боли.
Боже…
Нет же!
Нет!
Проходит целая вечность прежде, чем я понимаю, что мне больно не от касания вязкой жидкости, а от ультразвука. Всё помещение заполняет бешеный крик.
И это не мой крик…
Я открываю глаза и вижу перекошенное от страдания и шока лицо Элины. Павел все-таки успел и выбил кислоту из ее ладони. Ядовитая жидкость пролилась на ее рукав, опалив тонкую ткань и кожу.
Павел обхватывает Элину за плечи и выводит из комнаты.
