Она шагает в моем направлении и смотрит так, словно в ее душе уже сорвана чека и мне осталось жить считанные секунды.
— Теперь поговорим серьезно, Леночка. Слушай меня внимательно и не перебивай.
Еще шаг. Ее тонкий каблук царапает паркет, а мне с трудом удается не отступить. Я сжимаю правую ладонь в кулак и вспоминаю, как Влад сказал, что у меня есть стержень.
— Мне нужно, чтобы ты исчезла из его жизни, чтобы даже аромата твоих духов не осталось в его доме. Ни-че-го, — произносит она, выдыхая мне в лицо. — Поиграли, посмеялись и хватит. Наша с Владом свадьба состоится, я так хочу и так будет.
— Иначе?
— Иначе ему дадут десять лет.
Меня поражает ее жестокость. И я почему-то уверена, что она не блефует. Она действительно готова сломать жизнь Бестужева просто так, ради собственной гордости и желания отыграться.
Влад называл их помолвку выгодной партией, но так думал не только он. Для Элины Влад тоже всего лишь платиновая деталька для успешного образа. Супруг-миллиардер с брутальной внешностью и притягательной харизмой, который прекрасно получается на снимках. Элина сможет красоваться с ним под руку на закрытых премьерах, хвастаться подругам статьями в Татлере и выглядеть счастливицей, у которой всё в шоколаде. Даже муж не только сказочно богат, но и красив.
Ей плевать на него. Нет тут ли любви, ни теплых чувств.
И поэтому она по-настоящему опасна. Она проедет по нему танком, если поймет, что ее мечтам не суждено сбыться.
— И как ты это себе представляешь? — спрашиваю у нее. — Как я должна исчезнуть?
— Ты уедешь из Москвы. Прямо сегодня. Только сперва побудешь моим посыльным, — она пластмассово улыбается, обнажая виниры. — Хочешь увидеть Влада? Я могу устроить, тебя пустят к нему.
— У тебя настолько всё под контролем?"
"— Связи в прокуратуре — крутая вещь. Съездишь и объяснишь ему мои условия. Я не собираюсь тратить время на споры и пререкательства, возьмешь грязную работу на себя. Скажешь, что я хочу, чтобы ты уехала и больше не появлялась здесь, а его пиар-служба сегодня же должна сделать официальное заявление о нашей скорой свадьбе.
На языке вертится десяток вопросов. Она действительно верит, что мужчину можно насильно женить на себе? Особенно такого, как Бестужев. Как она вообще это представляет? Как они будут жить вместе? Или это ее не волнует? Есть каприз и только.
— Я могу взять кого-нибудь с собой?
— Нет, конечно. Ты поедешь с моим водителем.
— Если я уеду, его выпустят сегодня же?
Глаза Элины вспыхивают победным огнем. Она чувствует, что нащупала мое больное место, что Влад все-таки дорог мне, и мной можно манипулировать.
— Отпустят и, скажем так, скандал заморозят, — Элина подмигивает мне.