Сегодня твой самый великий день, но ты не хочешь, чтобы это было так. Привыкнув к роли любимой дочери и жены, внезапно оказавшись в браке с мужчиной, которого знала всю жизнь, ты испытываешь непреодолимое ощущение неуверенности и страха. Каждый день учитываясь его бесконечной поддержкой и заботой, теперь ты вдруг вынуждена стать женой не того человека, которого хочется видеть рядом, а того, кого знаешь и любишь уже столько лет....
– Но Иви похоже не хочет терять такого хорошего защитника как я.
Все, кроме пыхтящего Эви, посмотрели на меня, пытающуюся переварить сказанное тритоном. То есть это из-за меня? Я действительно не хочу, чтобы он ушел?
- Он, возможно, прав. Почему бы и нет? – Нашла оправдание, взвешивая в уме все за и против. Так я пыталась понять, почему в итоге не хочу отпускать его. – Возможно подсознательно я ухватилась за возможность иметь под боком хорошего бойца, который не тронет меня и пальцем, пока не исполнит долг жизни.
Риш ухмыльнулся, принимая мои слова. Эви же двинулся в мою сторону и порывисто обнял, прошептав на ушко, так, чтобы его услышала только я.
- Прости меня Иви.
- Ничего с вашей нимфочкой не случится. – Серьезно проговорил Риш, отвлекая парней на себя. – Она права. Я не наврежу ей. Иначе поплачусь собственной жизнью, а она мне все еще дорога. Исполню долг жизни и сразу уйду.
Пока они разговаривали, я почувствовала притяжение со стороны воинов, что все еще без сознания лежали на земле. Это была очень слабая связь, но я ее ясно уловила.
Посмотрев на молодого мужчину, ничего к нему не почувствовала. Да, симпатичный. Но не трогал, как мои истинные. Опустившись перед ним на колени, все еще внимательно разглядывала, так как еще чувствовала что-то что притягивало меня к нему. Точнее даже мою магию.
- Что случилось, Иви? – Спросил подошедший ко мне Ирием, наблюдая за тем, что я делаю.
- Меня что-то притягивает в нем. – Ответила, внимательно ища предмет моего внимания. Даже посмотрела на ауру воина, но она совсем мне не понравилась. Темная и какая-то безжизненная. Такие бывают у потерянных душ, что стали чьими-то рабами. – Не в самом мужчине. Не могу объяснить.
