Роман "Замуж с осложнениями" захватывает своей неординарной историей: молодая космическая медсестра неожиданно получает предложение обручиться с своим постоянным пациентом-полетчиком. Атмосфера в книге непредсказуема и напряженная, отражая сложности любви на грани космической эскадрильи....
Как я любила играть с этими фигурками! Думала, что получила их от хорошего человека. Кирилл как-то раз в приступе демагогии стал меня убеждать, что невозможно совершить такое доброе дело, чтобы никому от него не стало хуже. А я еще приводила в пример, вот, я же совершила…
Все это проносится у меня в голове мимолетом, когда я уже бегу наружу. К счастью, дорогой свекор ходит медленно, я перехватываю его в самой толпе на краю трибуны — и становлюсь на дороге.
— Здравствуй, — говорю, когда он поднимает голову посмотреть, кто это ему мешает пройти.
— Ты еще кто?
Я молча протягиваю ему горсть бормол, а когда он не берет их, просто хватаю его руку и вываливаю фигурки ему на ладонь. Он смотрит на них озадаченно, перекатывает между пальцами. Вокруг нас образуется небольшая толпа зевак: как же, грозная землянка встретила отрекшегося отца свежего Исполина!
На лице Аравата отражается узнавание, и он поднимает взгляд и тут же весь озаряется той самой родной улыбкой, которую в такой точности унаследовал от него Азамат, мне даже больно становится где-то внутри.
— Это ты та девочка! — восклицает он совершенно Азаматовым голосом, и я не знаю, чего мне стоит не заплакать. Он протягивает мне обратно свои бормол, они соблазнительно светятся на солнце рыжеватым деревом.
— Я жена Азамата, — говорю медленно и четко, и каждое слово падает как камень мне же на ногу. — Мне не нужны твои подарки. Ты недостоин своего сына.
Вона какое слово вспомнила, когда припекло. Ну все, не стоит дожидаться, пока он сообразит, что мне ответить.
Старейшина Унгуц сразу замечает мое далеко не радостное настроение и аж привстает.
— Что ты сделала?
— Я сделала ваш бормол по-настоящему первым в коллекции, — отвечаю легко.
Он опускается обратно на сиденье со вздохом.
— Ты знаешь… — произносит он после паузы. — Арават не такой уж плохой человек…
— Вы одобряете, что он отрекся от Азамата? — рявкаю я. Мало мне сегодня было разочарований в людях!
— Нет, конечно, — пожимает Унгуц плечами. — И все же он сделал много хорошего в жизни.
— Ну так я его жизни и не лишаю, — выдавливаю со слезами в горле. — Просто подумала, будет символично, что именно я не в восторге от его решения.
