- Моя Сашка попала в больницу! Ты должен меня отпустить!"
"Юсупов хмурится и ничего не отвечает. Секунды идут так медленно, словно часы. В помещении ощущается острое напряжение за то время, что он молчит.
- Пожалуйста, Давид! Ты же помнишь Сашку? Она была моей подругой… Рыженькая такая, с веснушками…
Конечно же, он не помнит. Он и меня с трудом вспомнил, когда я подошла к нему на парковке у ресторана и попросила о помощи. Я была младшей сестрой его друга, а Сашка… Сашка иногда болталась рядом. Сомневаюсь, что сейчас он испытывает к ней хотя бы каплю жалости и сочувствия.
- Хорошо, я попрошу Михаила, чтобы тебя отвёз, - произносит Давид, поразмыслив. – Только с охраной, Катя.
Тут же благодарно бросаюсь ему на шею и целую в губы. По-детски безрассудно и наивно, но этот порыв сдерживать я не в силах.
Сашку определяют в дежурную третью городскую больницу. Она и правда лежит в одиночестве с потрескавшимися губами. Бледная, худая, грустная. Увидев меня, безумно радуется.
Я покупаю по списку все препараты и отношу их на пост к медсестре. Кладу на стол шоколадку, чтобы работница учреждения иногда поила подругу и не забывала о том, что она обездвижена и нуждается в помощи.
С тех пор каждый мой день начинается с готовки. Сначала это легкие куриные бульоны с лапшой, затем мясо и овощи на пару. Я готовлю с любовью и отстраняю от кухни Раису, потому что собственной лучшей подруге хочу готовить самостоятельно.
- Принесла тебе суп с тефтелями и овощное рагу, - достаю контейнеры с едой и ставлю на тумбу. – Ты должна поесть, пока еда теплая.
Открываю один из контейнеров и морщусь. В последние дни готовка даётся мне с трудом, хотя я очень хочу порадовать подругу. От курицы меня и вовсе воротит, но это лишь потому, что в последние дни я готовила её в избытке. Что поделать, если Сашка обожает мясо только этой птицы?
- Кать, - подруга перехватывает руку и тянет к себе.
Опускаюсь на кровать и внимательно смотрю в зелёные глаза.
- Что случилось? – настораживаюсь.
За дверью стоит Михаил и, возможно, слышит всё о чем мы с подругой говорим.
- Под конец приемных часов приходил Женя, - произносит шепотом подруга.
Так тихо, что даже я не сразу могу её расслышать.
Глава 32.
- Под конец приемных часов приходил Женя, - произносит шепотом подруга.
Так тихо, что даже я не сразу могу её расслышать.
***
Открывать глаза и понимать, что объятия Давида — это не сон, просто прекрасно.
Вдыхаю запах его кожи, едва ощутимо касаюсь губами колючей щеки. Мне не хочется будить его, хочется подольше насладиться моментом единения, но Юсупов тут же открывает глаза и не даёт мне опомниться.
С ловкостью переворачивает на спину, разводит коленом мои ноги и опускается на меня всем своим телом.