Тимур решительно отказывается принимать букет, заявляя, что он достанется Любе для предстоящего брака. Невеста в ужасе наблюдает за ритуалом, понимая, что обстоятельства кардинально изменились - жених стал сводным дядей невестки. Скандал на торжестве разрушает все планы, создавая необычайную атмосферу юмора и переполоха в доме будущих супругов....
Похоже, «Замуж. За сводного!» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ни звонка, ни эсэмэски!
И когда Руслан уносит разыгравшегося малыша в ванную, Света садится рядом и, приобняв меня за плечи, спрашивает.
– Так и не позвонил? Может, набрать Альбину?
– Нет, – мотаю я головой. – Только не Круэлла.
– Тогда попросим Годарова, – фыркает она. – Он свяжется Тимуром. Или задерет всех вокруг. Руслан может.
– Не сомневаюсь, – печально вздыхаю я, еще не забыв обиженное лицо Харбинского, которого муж моей подруги отчитал как мальчишку.
– Клиент готов, Света, – смеется Руслан, входя в гостиную с закутанным в полотенце малышом.
Откровенно любуюсь раскрасневшейся мордахой и мокрыми кудряшками. Ребенок сонно взирает на меня, потом замечает мать и быстро перебирается к ней на руки.
– Ты можешь позвонить Тимуру, Руслан? – спрашивает Света, выходя с сыном из комнаты.
А я зачарованно гляжу вслед и мечтаю о таком же чуде. Нашем с Тимуром ребенке.
– Да не вопрос, – криво усмехается Руслан и, достав из кармана айфон, тыкает в экран. – Вне зоны доступа, – замечает хмуро и, подумав с минуту, вздыхает.
Он звонит Марату, потом Суровому. И наконец Альбине. Та что-то сразу начинает лопотать и быстро сбрасывает звонок.
Странно! Моей мачехе очень нравится Руслан. Она всегда говорит о нем с придыханием. И когда Годаров приезжал к нам в Ангельское, не знала, куда усадить.
– Фигня какая-то творится, – мрачно роняет он. – У Альбины в квартире обыск. Андрея арестовали.
– Как? – вскрикиваю негромко. И сама себе затыкаю рот.
Дамирка спит! А я тут разоралась…
– За что? – испуганно переспрашиваю Руслана.
– Понятия не имею, Люб. Но завтра наведу справки. Одно знаю точно, тебе сейчас даже носа нельзя высовывать из Мироновки. А охрану я удвою на всякий случай.
– Но на фирме никого нет. Тимур уехал. Отца посадили. Альбина небось бьется в истерике.
– Я тебя умоляю, – отмахивается от меня Руслан. Смотрит рассеянно. – Тетя Бина – железобетонная женщина. Когда хоронили Сэма, слезинки не проронила на людях.
Киваю, сглатывая слезы.
– Мне, наверное, нужно вернуться в офис…
– Нет. Сейчас ты самое слабое звено. Если кто-то захочет достать Тимура, то только через тебя. Подумай о ребенке. Ему сейчас твоя безопасность важнее, чем эфемерная помощь Альбине. Она сама отмахается.
– Ты прав, – всхлипываю я и тут же слышу над головой возмущенный возглас.
