– Только после того, как я его оттолкнула, он показал, каков на самом деле.
Шардигар многозначительно промолчал, а я пришла в ужас от слов, что сорвались с моих губ. Фактически признания. Да, я ушла за Раеном добровольно, а потом таяла в его объятиях. Пусть недолго, какие-то мгновения, но… Хакарк знает об этом.
– Я не стала бы… – залепетала, прижимая ладони к щекам. – Клянусь, не стала бы. Он должен это понимать.
– Должен. И ты должна многое понять и принять. Откинь обиды. Забудь сказанные сгоряча слова и совершенные по неопытности ошибки. Вы только учитесь быть супругами, а впереди такая долгая жизнь вместе… Просто прими Хакарка таким, какой он есть, девочка. Научись чувствовать его так, как мечтаешь, чтобы он чувствовал тебя, и, поверь, со временем это воздастся. Мужчины севера – очень благодарные и верные, в отличие от южан, например. Чаще вспоминай Раена иг Сивара, портрет которого вышила собственноручно. Ошибки совершает каждый, но только сильный человек может их признать и попытаться исправить.
Я почувствовала, как горячая слеза покатилась по щеке, и, быстро смахнув ее, кивнула.
– Вот и хорошо. Осталось только прийти к правильным выводам. Отдыхай, скоро в путь.
Шардигар хотел встать, но я схватила его за руку и спросила, преодолевая гордыню:
– Ушел, – подтвердил шардигар и тут же добавил: – Отправился поторопить этого бездельника Тирэна, тот никак не вернется с хворостом. Он не собирается бросать нас, Дарна.
– Вас – нет. А мне он сказал прямо… Да и здесь, проснувшись, я слышала, что он планировал оставить меня.
– В Кенарии. Как только доберемся, Хакарк соберет войско и пойдет на Хастарию. Мы будем в безопасности, и он сможет сконцентрироваться на враге. Пока вас не было, произошло много нехороших событий. В Ригуле начато расследование по факту покушения на их короля. Свидетели видели воина-кенарийца, сумевшего скрыться. Он был удивительно похож на твоего супруга. Кроме того, пропали Габриэлла Эйдинбергская и ее сын, Эдвард Эссшат, – им предъявлено заочное обвинение в возможном заговоре против короны.
– Нет, этого просто не может быть, – шепнула я, не в силах поверить в сказанное.
– Может или не может – решаем не мы. Кто-то умело плетет интриги, заставляя упасть пирамиду, выстраиваемую годами. Кстати, твой дядюшка тоже пострадал.
– Из Кенарии ему прислали несколько бочек вина. От Хакарка и племянницы. Да только первой опробовала его леди Сильва. Благо пьет она мало и лишь пригубила подарок северян.
– Яд? – дрожащим голосом спросила я.
– Именно так. Твою тетушку удалось спасти, а тех, кто привез груз, так и не нашли. На бочках – эмблемы кенарийских виноделов.
– О, Двуликая, что же это делается? Хакарк не должен бежать! Мы станем свидетелями его невиновности.