Какое-то время Бьерн приглядывался, не веря в чудо, что сотворила его молодая супруга, и пресекал все ее разговоры об отъезде. Даже в спальню продолжал наведываться, на всякий случай.
Хакарк рос, ничем не выдавая внутреннего зверя, все лучше контролируя себя, показывая отличные результаты в военном деле. Габриэлла помогала ему сначала из жалости, затем ради обретения свободы, но вскоре поняла, что привязалась к мальчику, как к родному. Она и сама не заметила, как перестала заводить разговоры об отъезде из замка, как стала справляться с ролью хозяйки и даже обзавелась подругами… Одна из которых и рассказала по секрету о многочисленных похождениях Бьерна, вряд ли догадываясь, насколько вспылит молодая горячая жена повелителя.
Габриэлла потребовала объяснений от супруга, обзывая того разными словами, которых не должно быть в словарном запасе леди. Бьерн не стал отнекиваться и извиняться, лишь велел принимать его таким, каков он есть, и умолкнуть.
Сколько ошибок мы совершаем из-за гордыни, сиюминутных обид и неспособности дать гневу отоспаться? Сотни? Тысячи? Миллионы? Больше. Много больше.
Габриэлла уехала тем же днем, собрав лишь самое необходимое и не попрощавшись с пасынком, дабы не передумать. Бьерн не останавливал ее, лишь передал перстень Хакарка, велев однажды вернуть его сыну, когда придет время. Она не призналась, что полюбила, а он умолчал о своих чувствах, не собираясь становиться марионеткой в руках женщины.
Вернувшись в Ригул, Габриэлла собиралась завести знатного любовника. Такого, чтоб всем завидно, чтоб все говорили об их связи, чтобы сплетни дошли даже до варваров с севера. И присмотрела одного скандального герцога. Только судьба снова совершила финт, перевернув мир с ног на голову.
В утробе матери оказался я. Герцог был забыт, и следующие десять лет они с отцом боролись за право меня воспитывать, всячески поддевая друг друга и хвастаясь, как хорошо жить раздельно.
Я всегда знал, что мама не любила отца. Ненавидела. Помнил ее саркастичные издевки и насмешки. И не мог себе представить, насколько ошибался.
Фрида показала воспоминания, одним из которых был вечер после покушения на Бьерна. Мама везла меня в замок отца, но на границе на нашу карету напали, убив кучера и часть охраны. Во главе нападавших был сильный маг-наемник. Даргхаин. Он-то и сообщил нам, что отец убит, а теперь пришел черед его шлюхи и отпрысков. Не знаю, что за заклинание наемник бросил в меня, но мама приняла удар на себя.