– Я, конечно, понимаю, что вы из монастыря и немного диковаты, но заливать воротник слюной – верх неприличия. Хоть бы меня постеснялись.
Я закашлялась, еще ниже опустила голову и сварливо пробубнила:
– Просто они напомнили мне супруга, по которому я очень тоскую.
– Угу. – Тирэн схватил меня за рукав и потащил через дорогу к центральному входу на базар. – Там могут продавать рабов, госпожа. И все они… как бы лучше выразиться… могут напомнить вам супруга. Вы уж как-то постарайтесь справиться со своей тоской. Будет нехорошо, если нас поймают из-за вашей несдержанности.
– Скажешь тоже! – излишне громко возмутилась я. – Это был сиюминутный порыв. Между прочим, у меня вообще потрясение от увиденного. К подобному, знаешь ли, готовить нужно заранее. И вообще, прекрати называть меня госпожой. Хотя бы здесь. Это слишком чужеродно звучит.
– Хорошо, – легко согласился мальчишка. – После тебя, Дарна.
А на самом базаре царила невероятная атмосфера! Стоило нам войти, как я позабыла обо всех неприятностях, о цели визита и о просьбе Тирэна быть осторожнее. Всюду стояли прилавки с потрясающе красивыми вещами, украшениями, аксессуарами, толстыми гобеленами невиданной доселе красоты… И к каждому я подбегала, открыв рот, восхищенно щупая ткани, перебирая богатства и слушая щебет продавцов на неизвестном языке.
Тирэн шагал рядом с недовольным лицом и подталкивал меня в бок, если я задерживалась больше минуты на одном месте. Однако непослушная я совсем забыла про осторожность, увидев очередной прилавок, увешанный разного рода оружием. Поразили меня не ножи, мечи или арбалеты, а небольшой, но потрясающе красивый крест с изображением Двуликой. Он был выполнен невероятно достоверно, покрыт серебром и инкрустирован двумя камешками – глазами богини. Крест просто очаровал меня. Не в силах бороться с таким искушением, я заныла Тирэну на ухо:
– С ума сошла? – прошипел мальчишка, толкая меня, чтобы проходила дальше. – Он стоит небось больше, чем у нас есть.
– Трис-тьсят сиря-бряник, – бойко отчеканил вездесущий продавец на ломаном всеобщем. – Бери, не пожалеть.
«Один золотой равен двадцати серебряным монетам, – сразу начала считать я. – Значит, с двух золотых нам дадут сдачу серебром. Десять монет!»
– Ну же, Тирэн, – взволнованно задергала мальчишку. – Давай, купи.
– Да зачем тебе этот крест? – не сдавался парнишка. – Лучше уж заговоренный нож мне купим…
– Эт-ся он и есть-ся, – снова вмешался продавец.