Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
В изножье кровати послышалась возня: Доджер прошмыгнул по матрасу и прильнул к боку Кэтрин. Девушка выпрямилась, сонно зевнула и неловко погладила зверька. Свернувшись в клубок у ее бедра, хорек закрыл глаза."
"Кэтрин медленно потянулась, просыпаясь. Ресницы ее затрепетали. При виде Лео она изумленно подняла брови, словно недоумевая, что тот делает в ее постели. Прелестные серые глаза ее смотрели на Лео с обезоруживающей наивностью. Наконец она нерешительно протянула руку и провела прохладной ладонью по щеке Лео, за ночь обросшей щетиной.
— Вы колючий, как ежик Беатрикс. — В ее хрипловатом голосе слышалось удивление. Лео поцеловал ее ладонь. Кэтрин робко прильнула к нему, ее теплое дыхание щекотно коснулось его груди. — Мы сегодня поедем в Лондон?
— Да.
Кэтрин немного помолчала.
— Вы все еще хотите жениться на мне? — неожиданно спросила она.
Лео сжал ее руку в ладонях.
— Больше, чем когда-либо. Я собираюсь на этом настаивать.
Кэтрин отвернула голову, так что Лео не мог видеть ее лица.
— Но… я не похожа на Лауру.
Эти слова застали Лео врасплох.
— Да, — честно признал он. Лаура родилась и выросла в любящей семье и вела безмятежную жизнь в тихой деревушке. Она не ведала ни страха, ни боли, что Кэтрин пришлось испытать еще в детстве. — Вы походите на Лауру не больше, чем я на того мальчишку, которым был в те годы, — произнес он. — Разве это имеет значение?
— Возможно, вы были бы счастливее с женщиной, похожей на нее. С той, кого вы… — Кэтрин внезапно осеклась.
Приподнявшись на локте, Лео заглянул в близорукие голубовато-серые глаза девушки.
— С той, кого я любил бы? — продолжил он фразу. Кэтрин нахмурилась, нерешительно закусив губу. Лео охватило желание впиться губами в ее прелестный пухлый рот, нежный и сочный, словно спелая слива. Но он лишь ласково провел кончиком пальца по губам Кэтрин. — Я уже говорил вам, что моя любовь безудержна, безумна. Я становлюсь необузданным, властным, ревнивым… совершенно невыносимым. — Его пальцы скользнули по подбородку Кэтрин, коснулись горла, где трепетала тонкая жилка.
— Я установила бы пределы. И заставила бы вас придерживаться их. — Кэтрин шумно перевела дыхание, когда Лео стянул с нее простыню. — Вам нужна твердая рука. Вот и все.
