Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
Лео заключил, что Ванесса рассчитывала восхитить его своей дерзостью. Однако бесчисленные фривольные разговоры в столичных салонах уже успели набить ему оскомину, и Лео больше не находил подобные замечания интригующими.
В Лондоне искренность встречалась куда реже бесстыдства и потому способна была поразить куда сильнее.
— Я бы не сказал, что достиг совершенства в альковных делах. Меня можно назвать всего лишь искушенным. Но женщины обычно не замечают разницы.
Ванесса захихикала:
— А что позволяет достичь совершенства в альковных делах, милорд?
Лео посмотрел на мисс Дарвин без улыбки:
— Любовь, конечно.
Девушка, казалось, пришла в замешательство, но тотчас вновь нацепила на себя маску кокетства:
— О, любовь преходяща. Быть может, я и молода, но отнюдь не наивна.
— Это я уже понял, — кивнул Лео. — Не хотите ли потанцевать, мисс Дарвин.
— Это зависит…
— От чего?
— Достигли ли вы в этом совершенства, или вас можно назвать всего лишь искушенным.
— Тушé.
Глава 15
Узнав от Амелии о предстоящем визите графини Рамзи и Ванессы Дарвин, Кэтрин с любопытством ждала их появления.
Но, увидев наследниц поместья, она впала в уныние.
Стоя рядом с Беатрикс в углу гостиной, она наблюдала, как Лео танцует вальс с мисс Дарвин.
Они были прекрасной парой: блестящая внешность Лео изумительно сочеталась с яркой красотой Ванессы. Лео всегда считался великолепным танцором, хотя, возможно, когда он кружил свою даму по залу, его точным, строгим движениям атлета недоставало изящества.
Мисс Дарвин с изящной фигурой, сверкающими темными глазами и роскошными, черными как ночь волосами была настоящей красавицей. Она что-то шепнула своему кавалеру, и тот улыбнулся в ответ. Казалось, Лео очарован ею. Совершенно очарован.
Глядя на них, Кэтрин почувствовала, как желудок свело болью, словно она только что проглотила пригоршню трехдюймовых гвоздей.
Компаньонка и ее подопечная неожиданно поменялись ролями: из умудренной опытом старшей наставницы Кэтрин вдруг превратилась в беспомощную девочку, нуждающуюся в утешении.
Она попыталась принять равнодушный вид.
— Мисс Дарвин весьма привлекательна."
"— Пожалуй, — уклончиво заметила Беатрикс.
— На самом деле, — угрюмо добавила Кэтрин, — она само очарование.
