Автор
В августе 1852 года в Гэмпшире, Англия — мир женщины с именем Кэтрин. Все знают, что гувернантки обычно бесшумны и послушны, но Лео Рамзи, лорд Хатуэев, не может понять, зачем ему была устроена именно эта Кэтрин. Она не тиха и покорна, а дышит своей жизнью и мыслями, словно солнечный луч в затяжном мраке истории....
Ее белокурые волосы сияли в лучах солнца, а кожа казалась нежной, будто лепестки цветка. Верхняя губа ее была почти такой же полной, как нижняя. Эти восхитительные пухлые губы манили сладостью, словно спелая гладкая хурма. Неотрывно глядя на рот Кэтрин, Лео почувствовал, как волоски у него на затылке встали дыбом.
«Некоторым искушениям лучше не сопротивляться, — смутно подумалось ему. — Потому что иначе они будут преследовать тебя вечно, вновь и вновь. Подобным соблазнам следует уступать, это единственный способ от них отделаться».
— Проклятие, — прохрипел он. — Я это сделаю. Даже зная, что после меня разорвут в клочья.
— Что сделаете? — изумленно округлив глаза, спросила мисс Маркс.
— Вот что.
И он приник губами к ее губам.
«Наконец-то, — казалось, вздохнул каждый его мускул. — Наконец-то». Ощущение было таким приятным, что на мгновение Лео замер, не в силах пошевелиться. Захваченный этим незнакомым, ошеломляющим чувством, он полностью растворился в нем. Он уже не думал ни о чем, уступая лишь своим желаниям… жадно впиваясь в нежные губы Кэтрин, пробуя их на вкус, покусывая, играя, жаля дрожащим языком.
Боже милостивый, его переполняло желание, безумная жажда запустить руки под одежду Кэтрин и ощутить ладонями тепло ее тела, гладкость кожи. Прижаться губами к самым потаенным местечкам, изведать на вкус ее плоть.
Лео давно следовало остановиться, но он все продолжал целовать Кэтрин, и не только ради удовольствия, но и потому, что пытался всеми силами оттянуть то, что неизбежно должно было случиться потом.
Почувствовав, что не может волевым усилием отпустить мисс Маркс, Лео решил сделать это постепенно.
