Замужем за Черным Властелином, или Божественные каникулы — читать онлайн бесплатно полностью

В какой-то миг мне удалось разобрать слова:

— О выйди, выйди, друг прекрасный! Пора, красавица! Проснись! Где же ты, девица, где же ты, красная?!! Взором меня ты коснись!

Коснуться его захотелось. Даже очень! Поленом или кочергой. Разиков пять. Даже при том, что болело все тело, оно все же услужливо соглашалось встать и отвесить музыкальному экспериментатору хорошего пинка. Ради страдающих ушей и лишенного сна организма.

В нашей палатке заворочался Кондрад, тихо матерясь сквозь зубы, обуреваемый схожими, но куда более кровожадными планами. После их осуществления объекту королевского внимания оставалась одна прямая дорога — в монастырский хор.

И только Клена тихо посапывала, убаюканная стоговым. Она даже головы не повернула на кошачий концерт, устроенный в ее честь.

Пока мы, бурча и покряхтывая, вставали и переглядывались, обещая певцу все прелести «ласковой» жизни словами и взглядами, снаружи раздался шум и наш солист заткнулся.

— Не иначе как мужики проснулись, — тихо хмыкнул Кондрад. — Довел он их, бога уже не боятся.

Но мы немного ошиблись в личностях. Выглянув из палатки, мы узрели Сухлика, примотанного к березе мужиками из партии Белой Руки, которые, пыхтя, запихивали богу в рот портянку.

Один из радетелей за тишину повернулся к нам и с непосредственной детской улыбкой сообщил:

— Вы уж нас простите, но ваш менестрель нам все похмелье изгадил!

— Ничего-ничего, — закивали мы. — Располагайте им и пользуйтесь на здоровье! — и ушли, довольные, спать.

Больше Сухлик серенад не пел и по ночам вокруг палаток не шастал.

Стоговой каждое утро просыпался в волосах у Клены. Она просыпалась у меня под боком, яростно отбрасываемая разъяренными детишками.

Это вообще отдельная песня.

У нас все интересные события происходили всегда по ночам. Мы днем никак не могли разобраться: кто кого любит и кто с кем должен спать, поэтому на «угадайку» оставалось темное время суток.

Только закроешь глаза и провалишься в сон, как тебя — бац! — и разбудят. Особенно меня нравилось будить кикиморчатам. Но в последнее время детишки проявляли милосердие и обходились своими силами и подручными средствами.

Средства, как упоминалось, были подручными и не всегда безопасными. Когда меня заминировали птичьими яйцами и бомбочками с тухлой болотной водой, мое терпение шептало мне «прощай», но еще оставалось при мне. Когда меня замаскировали еловыми ветками и обмазали сверху глиной для надежности — терпение уже орало «Покеда навеки!» и собирало манатки. Но когда детишки собрали со всего лагеря оружие и устроили загон русалки, метая в нее острые предметы, я нашел у себя прядь седых волос. А матерному лексикону Кондрада научились все окрестные звери!

Кондрад… Зять, по-моему, не спал вовсе, разъедаемый тревогой и сомнениями.