Автор
В утренней тьме душные запахи города затмевают природный аромат. Взрывы и ругань соседних домов подгоняют главных героев к самому интересному моменту — началу задуманного предприятия. Романтика, кровопролитие и мрачные тайны окружают героев в этом новом открытом убежище среди огня....
Каждое его движение осторожное, не резкое. Каждое касание - нежное и неспешное.
- Я могу отключить блокиратор? - шепчет миранец. Сейчас его голос томный, почти мурлычущий, завлекающий, опутывающий.
- Отключи - я закрываю глаза и поднимаю руки, чтобы погрузиться пальцами в волосы Рина.
Мы стоит под душем, вода разбивается о кожу, стекает дорожками вниз. И руки Рина следуют тем же маршрутом - вниз до лобка, до слегка разведенных бедер и места между ними. Моя плоть уже влажная и чувствительная, поэтому ласки мужчины только усиливают потребности тела.
Я знаю, что вероятно сегодня мы дойдем до конца. Мне страшно от того, как стремительно все происходит. Да, для нас с Рином физическое сближение было изучающим и постепенным. Я призналась Рину, что готова выталкивать нечеткие воспоминания и последствия произошедшего со мной чем-то новым. Вытравливать их его касаниями, его ласками, готова брать все, что он мне дает. Но не станет ли мне от этого хуже?
- Если сомневаешься, милая, то не стоит - шепчет Рин и выключает воду.
Потом мужчина заворачивает нас обоих в полотенца. Меня закутывает практически с ног до головы, себе только закрывает бедра.
В голосе миранца нет раздражения. Есть беспокойство, забота, те самые нежные нотки, которые мне нравится слышать в бархатном, грудном тембре миранца. Они как...кусочки карамели в моем любимом сладком печенье. Когда попадаются, ты смакуешь эту сладость еще сильнее.
- Давай попробуем - решаюсь я, когда мы вместе выходим в каюту - но, если я попрошу, ты остановишься.
***
Рин серьёзно кивает, будто готовится к бою. Все странно. Мы выглядим как два девственника, которые решают расстаться с невинностью по договоренности.
Я скидываю полотенце и забираюсь на кровать. Откидываюсь на подушки и прислушиваюсь к собственному телу. Лоно по-прежнему горит, оно наполнено жаром, влагой. Соски болезненно ноют, превращая потяжелевшую грудь в средоточие оголенных нервов.
Рин, будто сомневаясь, ложится рядом, потом перекатывается, накрывая меня собой и медленно, почти лениво целует. Наша слегка влажная голая кожа соприкасается. И это ощущение такое приятное, такое правильное, и так хочется...еще более близкого контакта. Врасти друг в друга, спаяться раскаленными кусочками металла. Я притягиваю Рина к себе за спину, а для надёжности еще и бедрами обхватываю."
"Его член прижимается к моим складкам внизу.
