Автор
Ставлю шашки в толпе студентов на субботней вечеринке, где каждый шаг затруднен. Вдруг меня окликают — такая редкость! Но уже ищу надежды: король нашего колледжа может оказаться именно здесь. Что за странность? Моя случайность-то неиссякаема. Куда же мне делась эта встреча, которой я ждала всю ночь?...
— Зачем? — опустевшая от содержимого шпажка превращается в зубочистку, которую манерно гоняют из уголка рта в угол.
— Ну как же, скоро тачку придется отдавать победителю. У тебя осталось всего ничего как истечет срок пари.
— Не хорони меня раньше времени. Нам и этого хватит, будь уверена, — лукаво подмигивают мне. — Но я тронут заботой. Опять же, если настолько переживаешь, мы ведь можем уединиться и быстренько все порешать, — острым кончиком вынутой из варежки шпажки Денис как бы ненароком проводит плавную линию от моей шеи и ниже вглубь декольте.
Казало бы, ничего особенного, но так приятно, черт возьми. Почти до мурашек. Сказывается долгое отсутствие мужчины и хоть какой-то ласки, но…
— Еще секунда и она воткнется тебе в глаз, — предупреждаю я.
Кожа теряет контакт с какими бы то ни было сторонними касаниями.
— Да-да, — импровизированная зубочистка снова отправляется в уголок рта. — Мы все помним того несчастного чувачка с разбитой головой, укатившего на скорой.
Боже, неужели мне будут припоминать это случай вечность? Да, было дело. Да, не выдержала. Да, последствия могли быть куда опасней, но благо обошлось. Того придурка лишь зашили и отправили домой трезветь.
Он наутро и не вспомнил ничего, если бы умные люди видосов с того дня студентов не наснимали. Эти ролики долго еще блуждали по сети. И ведь, зараза, ни на одном нет момента, когда этот козел приставать ко мне начал.
— Кристина, — о, вот и маман на горизонте объявилась. Разумеется, недовольная. Впрочем, в другом настроении я ее уже давно не видела. — Можно тебя? На минутку.
— Зачем? Хочешь высказать свое «фи»? Не стесняйся. Можешь при свидетелях.
— И все же давай лучше наедине.
Не хочу я наедине выслушивать про проституток и позор для нашей фамилии, коем я для нее и считаюсь.
Раз он здесь, пускай хоть пригодится для благих целей.
— Зачем? У меня от Дениски нет секретов, — пристраиваюсь к нему под бочок, обнимая и томно вскидывая на Волкова глазки. — Правда, любимый?
Ха. «Любимый» приошалел. Приходится незаметно ущипнуть его, чтоб не тупил.
— А, ну да, — оживает тот, сгребая меня в охапку и прижимая еще сильнее. Для надежности закрепляя результат поцелуем в висок. Эй, вот это совсем необязательно.
