Где-то над головой заухала сова. Я взглянула на неё недовольно. "И ты сама знаешь, где заблудилась!" — пнула я дерево, и шишку отскочила прямо в лицо. Потираю ссадину, надеясь, что декан рядом. Но как его найти среди бесконечных ровесников? Вокруг всё одинаково: деревья, трава и небольшие реки, мимо которых я неслышно пройдусь....
Пришлось спешно сделать несколько глотков вина, чтобы успокоиться. Но сердце всё равно колотилось с бешеным ритмом. Никогда ничего подобного не испытывала.
– Мужчинам иногда нужны и те, кто разделит с ними не только тепло уютного дома, но и те, кто прикроет спину в сложный момент, – не удержалась я.
А стоило всё же промолчать. Хотя бы ради Аристарха Валерьевича…
Глава 11
Аристарх
Странная вспышка магии, едва ощутимая, но тревожная. Миг и уже всё спокойно. Но я увидел перемену в поведении Софьи. Только что она сидела спокойная и уверенная, а после вспышки буквально источала густую, вязкую ненависть.
Но девушка взяла себя в руки. И совершенно спокойно ответила матушке. Чем, естественно, распалила её ещё больше.
– Действительно? – насмешливо подняла бровь герцогиня, – Прикрывать спину? Да что вы можете об этом знать?
То, что она скажет дальше не понравиться ни мне, ни Софье. Знал это точно. Елизавета Павловна в минуты гнева любила терзать мою старую рану.
– Пожалуй, ужин можно считать оконченным, – мягко произнёс я.
Софья понимающе кивнула, поднялась.
– Нет уж! Мы не закончили дискуссию, – голос матушки стал холоднее, а взгляд прожигал спину, – Однажды одна такая же умница-разумница пришла в наш дом и принесла несчастье своим вывертом и псевдопониманием благополучной семьи! А потом погибла, навсегда разбив моему сыну сердце…
Только тепло руки Софьи удерживало меня от погружения в болезненные воспоминания.
– Ты не права, – я повернулся к матери и посмотрел ей в глаза.
Елизавета Павловна нахмурилась.
– В чём?
– Не навсегда. Иногда и некроманты способны залечить смертельные раны, хоть это и не их специализация.
Гостьи матери затаили дыхание. Сама Елизавета Павловна открывала и закрывала рот как выброшенная на берег рыба, но так и не смогла подобрать слов. Мою метафору она прекрасно поняла.
Я же развернулся, крепче сжал руку Софьи и потянул её к выходу. До самой её опочивальни мы шли молча. Остановились у двери.
– Пожалуй, моя идея была глупой. Не стоило привозить вас сюда. Простите меня…
Так и не смог отпустить её руку, словно мир рухнет, если сделаю это.
