Автор
Запад-81 вводит вас в мир жестокой борьбы за выживание в аномальной зоне. Тесно спрессованный группой людей, вынуждены действовать как единое целое, когда каждое промаха может означать конец для всех. Атмосфера чудовищной одиночества и непреодолимого ужаса создает незабываемые эмоции в духе популярного СИ-романа....
После второй волны над нами на высоте около четырёх километров повисли сразу два разведчика, корректируя огонь артиллерии. Сбить их было невозможно, и командир полка запросил поддержку авиации. Тем более, «Овод» засёк на западе новую группу самолётов.
Четвёрка Миг-23 появились над Липнишками вовремя. Девятка бомбардировщиков Ю-88 уже разворачивалась на боевой курс, чтобы отбомбиться по скрытым в лесу позициям артиллеристов и зенитчиков: экипажи немецких самолётов-разведчиков не зря жрут бутерброды, закусывая их шоколадом из авиационного пайка.
Миг-23
Бомбёров «реактивщики» в течение секунд пятнадцати расстреляли авиационными ракетами, а истребителей прикрытия, не успевших разбежаться, скинули на землю огнём авиапушек. И уж совсем необычно они поступили с пустившимися наутёк самолётами-разведчиками. Пролёта над ними на сверхзвуке в непосредственной близости оказалось достаточно, чтобы «костыли» просто развалились в воздухе.
Получив целеуказание от «Овода», Миги ушли ещё западнее, откуда приближалась уже четвёртая волна бомбардировщиков.
Что-то они всё-таки высмотрели, поскольку минут через десять после этого все шесть «Градов» выпустили по полному пакету ракет в сторону Дворище. После этого немецкие гаубицы нас почти не беспокоили, а те, что «подавали голос», вычислялись звукометристами и быстро подавлялись «Гвоздиками».
Но это совсем не значит, что прекратила «работать» полковая артиллерия. На севере, где атаковали 35-я пехотная и 12-я танковая, их огонь был слабее, А вот из районов населённых пунктов Войгуты и Мигуны, откуда регулярно накатывались волны немецкой пехоты, палили вовсю.
Благо, придя в Липнишки, мы смогли пополнить боеприпасы. Так что «Гвоздики» со временем подавили и эти батареи."
"Около 17 часов возле Стигане завязались рукопашные бои переправившейся через Жижму немецкой пехоты с красноармейцами сборных батальонов. Туда бросили на бронетранспортёрах нашу роту, временно ослабив позиции полка возле Большой Покази.
— Отходить надо, — проворчал капитан Злобин, давая приказ оставить один взвод у Стигане. — И даже разрешение на отход имеется, но невозможно это сделать, пока полк скован боем.
